Влияние стресса в раннем возрасте на психофизиологические, личностные и поведенческие показатели у 740 лиц без клинических нарушений

Стрессовые события в раннем возрасте (ССРВ) связаны с рядом неблагоприятных последствий у взрослых, включая нарушения электрической активности головного мозга [1], особенности личностных характеристик [40] и повышенную уязвимость к злоупотреблению психоактивными веществами и депрессии [14]. В настоящем исследовании эти предполагаемые эффекты оценивали на большой выборке лиц без клинических нарушений. Данные получены из Международной базы данных по ресурсам мозга (The Brain Resource International Database), включающей шесть лабораторий: две в США, две в Европе и две в Австралии. В исследовании анализировали электрофизиологические данные, зарегистрированные с поверхности головы (ЭЭГ при открытых и закрытых глазах, а также в слуховой парадигме с целевыми стимулами), личностные характеристики (NEO-FFI), сведения об употреблении веществ, вызывающих зависимость, и ССРВ. Данные были собраны у 740 здоровых добровольцев. Сведения о ССРВ получали с помощью опросника самоотчёта, охватывавшего широкий спектр событий — от сексуального и физического насилия в детстве до непосредственного переживания травмирующих несчастных случаев и длительных конфликтов в семье [41]. С помощью ковариационного анализа, с поправкой на возраст и пол, сравнивали данные ЭЭГ участников, переживших ССРВ, и тех, кто с ними не сталкивался. ССРВ были связаны со значимым снижением мощности во всём частотном диапазоне ЭЭГ. Межгрупповые различия были наиболее выражены при закрытых глазах: у участников, переживших ССРВ, мощность в бета-, тета-, альфа- и дельта-диапазонах была значимо ниже (соответственно F(1, 405) = 12,37, p = 0,000; F(1, 405) = 20,48, p = 0,000; F(1, 405) = 9,65, p = 0,002; F(1, 450) = 36,22, p = 0,000). У них также была значимо выше частота пика альфа-ритма при закрытых глазах (F(1, 405) = 6,39, p = 0,012). Ковариационный анализ компонентов вызванных потенциалов показал, что у участников, переживших ССРВ, амплитуда N2 была значимо ниже (F(1, 405) = 7,73, p = 0,006). Дисперсионный анализ личностных характеристик выявил у этих участников значимо более высокий уровень нейротизма (F(1, 264) = 13,39, p = 0,000) и открытости опыту (F(1, 264) = 17,11, p = 0,000), но более низкий уровень добросовестности, чем у контрольной группы (F(1, 264) = 4,08, p = 0,044). Число пережитых ССРВ значимо предсказывало баллы по опроснику DASS [27], оценивающему симптомы депрессии (F(3, 688) = 16,44, p = 0,000, R² = 0,07), тревоги (F(3, 688) = 14,32, p = 0,000, R² = 0,06) и стресса (F(3, 688) = 20,02, p = 0,000, R² = 0,08). Каждое дополнительное стрессовое событие в раннем возрасте было связано с повышением этих показателей независимо от возраста, пола и типа стрессового события. Кроме того, среди курильщиков число пережитых ССРВ было положительным предиктором уровня никотиновой зависимости по тесту Фагерстрёма (F(3, 104) = 10,99, p = 0,000, R² = 0,24), независимо от возраста, пола и типа стрессового события. Таким образом, история ССРВ была связана со значимыми изменениями функции мозга (активности ЭЭГ и вызванных потенциалов), личностных характеристик и никотиновой зависимости.