Спор о роли дофамина в вознаграждении: аргументы в пользу инцентивной значимости

Введение: Продолжается дискуссия о точном причинном вкладе мезолимбических дофаминовых систем в процессы вознаграждения. Существуют три конкурирующие объяснительные концепции: «удовольствие», обучение и «хотение». Действительно ли дофамин преимущественно опосредует гедонический эффект вознаграждения («удовольствие»)? Или он опосредует выученные предсказания будущего вознаграждения, обучающие сигналы ошибки предсказания и закрепление ассоциативных связей (обучение)? Или дофамин побуждает к поиску вознаграждения, придавая связанным с ним стимулам инцентивную значимость («хотение»)? В настоящей статье оценивается каждая из этих гипотез и высказывается предположение, что гипотеза инцентивной значимости, или «хотения», лучше согласуется с имеющимися данными, чем гипотезы обучения и «удовольствия». Вкратце, результаты недавних исследований показывают, что дофамин не является ни необходимым, ни достаточным для опосредования изменений гедонического «удовольствия» от сенсорных стимулов. Другие недавние данные свидетельствуют о том, что дофамин не требуется для нового обучения и сам по себе недостаточен для непосредственного опосредования обучения посредством формирования обучающих сигналов или сигналов предсказания. Напротив, всё больше данных указывает на причинный вклад дофамина в формирование инцентивной значимости. По-видимому, дофамин необходим для нормального «хотения», а его активация может быть достаточной для усиления инцентивной значимости, запускаемой сигналами. Наркотики, вызывающие выброс дофамина, обходят нормальные механизмы и сенситизируют динамические мезолимбические механизмы, сформировавшиеся для придания вознаграждениям инцентивной значимости. Такие препараты взаимодействуют с механизмами интеграции инцентивной значимости, объединяющими павловскую ассоциативную информацию с сигналами физиологического состояния. Это взаимодействие создаёт предпосылки для формирования компульсивного «хотения» при зависимости, но также предоставляет возможности для экспериментов, позволяющих разграничить гипотезы «хотения», «удовольствия» и обучения. Здесь описаны результаты исследований, использовавших эти возможности.

Выводы: В целом вклад дофамина, по-видимому, заключается главным образом в формировании «хотения» гедонических вознаграждений, а не в обеспечении «удовольствия» от них или обучения, связанного с ними.