В длительном экспериментальном демографическом исследовании исключение копытных обратило вспять взрывной рост популяции инвазивного вида и способствовало восстановлению местных видов

Одна из основных задач экологии — понять, какие механизмы повышают успешность инвазии чужеродных видов. Согласно недавней гипотезе, чрезмерная численность копытных травоядных изменяет межвидовые взаимодействия и тем самым способствует доминированию чужеродных растений. Для проверки этой гипотезы в течение 6 лет проводили экспериментальное демографическое исследование с исключением оленей в лесу, где белохвостый олень (Odocoileus virginianus) чрезмерно многочислен, а чесночница черешчатая (Alliaria petiolata) активно распространяется. Поскольку популяционный рост во времени носит мультипликативный характер, мы предложили показатели, позволяющие корректно объединить эффекты воздействия за все годы эксперимента: кумулятивный темп роста популяции λc и его среднее геометрическое λper-year — средний за период годовой темп роста популяции. Мы рассчитали λc и λper-year для инвазивного вида и обычного местного вида — триллиума прямостоячего (Trillium erectum). Результаты однозначно показывают, что успех инвазии чесночницы зависит от присутствия оленей: прогнозируемая динамика её популяции менялась от взрывного роста при наличии оленей (λper-year = 1,33) до сокращения вплоть до исчезновения при их исключении (λper-year = 0,88). Напротив, λper-year триллиума при наличии оленей был ниже, чем при их исключении (соответственно 1,04 и 1,20). Ретроспективный анализ чувствительности показал, что наибольший отрицательный эффект исключения оленей на чесночницу был связан с переходами на стадии розетки, а наибольший положительный эффект на триллиум — с переходами, связанными с размножением. После исключения оленей плотность чесночницы снизилась, а плотность триллиума увеличилась. Результаты дают убедительные экспериментальные доказательства того, что взаимодействие с чрезмерно многочисленными копытными повышает демографический успех инвазивных видов и снижает успех местных видов; это имеет широкие последствия для биоразнообразия и функционирования экосистем во всём мире.