Накопление белков теплового шока и активация фактора транскрипции теплового шока в скелетной мышце крыс при компенсаторной гипертрофии

Цель: Оценить ответ белков стресса (белков теплового шока, HSP) и активацию фактора теплового шока в перегруженных (гипертрофированных) подошвенных мышцах.

Методы: У самцов крыс линии Sprague—Dawley (n = 5 для каждой временной точки) удаляли левую икроножную мышцу. Через 1, 2, 3, 5, 7, 14 и 28 дней извлекали подошвенные мышцы, быстро взвешивали и замораживали в жидком азоте. Определяли общее содержание белка, а содержание HSP 25 и HSP 72 оценивали методом иммуноблоттинга. Активацию фактора транскрипции теплового шока (HSF) оценивали методом электрофоретического анализа подвижности (EMSA).

Результаты: Масса подошвенной мышцы значимо увеличилась через 3 дня после начала перегрузки и оставалась повышенной в дальнейшем, что подтверждало развитие гипертрофии. Содержание белка в мышце увеличилось только через 7 дней после начала перегрузки. Содержание HSP 72 значимо возросло через 3 дня, тогда как значимое увеличение содержания HSP 25 наблюдалось лишь через 7 дней после удаления мышцы-синергиста. Активация HSF определялась на 1-й, 2-й и 3-й дни перегрузки, но впоследствии не выявлялась. Добавление к экстрактам специфичных к HSF1 и HSF2 антител перед проведением EMSA не приводило к сверхсдвигу комплекса HSF с элементом теплового шока.

Выводы: Временная динамика активации HSF и экспрессии HSP в гипертрофирующейся скелетной мышце позволяет предположить, что повышение содержания выявленных HSP может быть связано как с непосредственным стрессом от перегрузки, так и с самим процессом гипертрофии. Отсутствие сверхсдвига при добавлении специфичных к HSF1 и HSF2 антител позволяет предположить, что выявленный при перегрузке HSF может не относиться ни к HSF1, ни к HSF2.