Социальная изоляция и одиночество связаны с ранней менопаузой и смертностью у женщин: когортное исследование UK Biobank

Введение: Репродуктивное старение становится важной задачей общественного здравоохранения на фоне демографических сдвигов. Ранняя менопауза, отражающая ускоренное репродуктивное старение, связана с повышенным риском преждевременной смертности. Хотя социальная изоляция и одиночество признаны важными психосоциальными детерминантами здоровья, их связь с ранней менопаузой и их совместное влияние с менопаузальным статусом на риск смерти до настоящего времени не были количественно оценены. В этом исследовании изучали связь социальной изоляции и одиночества с ранней менопаузой и общей смертностью.

Методы: В исследование включили 79 578 женщин европеоидной расы из когорты UK Biobank, из них у 6 778 была ранняя менопауза (в 40–45 лет), а у 72 800 — менопауза в нормальном возрасте (46–55 лет). Социальную изоляцию (балл 0, 1, ≥2) оценивали по трем признакам: условия проживания, частота социальных контактов и участие в социальных мероприятиях; одиночество (балл 0–2) — по самооценке одиночества и частоте обсуждения личных вопросов с близким человеком. Для оценки вероятности ранней менопаузы использовали многомерные модели с поправкой на ковариаты. Риск общей смертности оценивали с помощью моделей пропорциональных рисков Кокса с стратификацией по менопаузальному статусу.

Результаты: Более высокий уровень социальной изоляции и одиночества независимо ассоциировался с большей распространенностью ранней менопаузы (например, при социальной изоляции ≥2: ОШ = 1,09, 95% ДИ 1,00–1,20; при одиночестве = 2: ОШ = 1,13, 95% ДИ 1,02–1,25). Принципиально важно, что неблагоприятное влияние социальной дезадаптации на выживаемость было значительно выраженнее у женщин с ранней менопаузой, чем у женщин с менопаузой в нормальном возрасте. После полной корректировки у женщин с ранней менопаузой и индексом социальной изоляции ≥2 риск смерти был выше на 55% (ОР = 1,55, 95% ДИ 1,21–1,99), тогда как у женщин с нормальной менопаузой — на 17% (ОР = 1,17, 95% ДИ 1,07–1,28). Аналогичная закономерность наблюдалась для одиночества (например, при балле 2: ранняя менопауза — ОР = 1,42, 95% ДИ 1,07–1,88; нормальная менопауза — ОР = 1,14, 95% ДИ 1,02–1,27). Кроме того, кривые Каплана — Мейера показали, что по мере роста уровня социальной изоляции и одиночества разрыв в выживаемости между ранней менопаузой и менопаузой в нормальном возрасте увеличивался. Более низкие уровни социальной изоляции и одиночества были связаны с меньшей избыточной смертностью, ассоциированной с ранней менопаузой.

Выводы: Социальная изоляция и одиночество связаны с ранней менопаузой и преждевременной смертностью. Женщины с ранней менопаузой особенно уязвимы к неблагоприятным последствиям социальной дезадаптации; включение психологической и социальной поддержки в ведение менопаузы может способствовать более здоровому старению.