Факторы риска и сопутствующие заболевания при различных макрофенотипах поражений при эндометриозе: анализ исследования What is Endometriosis (WisE)

Введение: Эндометриоз считают гетерогенным заболеванием, однако патофизиологическая неоднородность трёх визуализируемых макрофенотипов поражений — поверхностного перитонеального эндометриоза (SPE), эндометриом и глубоких поражений — остаётся неясной.

Цель: Изучить связь известных и предполагаемых факторов риска, а также сопутствующих заболеваний с вероятностью различных макрофенотипов поражений при эндометриозе.

Методы: Проведён объединённый поперечный анализ данных 1244 участниц с хирургически подтверждённым эндометриозом и 1271 участницы без эндометриоза, включённых в три популяционных исследования из Северной Америки и Европы, соответствовавших требованиям проекта World Endometriosis Research Foundation Endometriosis Phenome and Biobanking Harmonization Project. Для оценки связи характеристик участниц, известных и предполагаемых факторов риска, а также сопутствующих заболеваний с хирургически подтверждённым эндометриозом применяли многомерные модели логистической регрессии с поправкой на возраст на момент заполнения анкеты и исследование; рассчитывали отношения шансов (ОШ) и 95% доверительные интервалы (ДИ). Для изучения связи между группами пациенток, определёнными по макрофенотипу эндометриоза, использовали полиномиальную логистическую регрессию. Статистически значимые различия между макрофенотипами оценивали с помощью критериев отношения правдоподобия и представляли как p-heterogeneity (p-het).

Результаты: Среди участниц с эндометриозом у 834 (71%) выявлялся только SPE, у 92 (8%) — как минимум одна эндометриома, у 129 (11%) — глубокие поражения, а у 111 (10%) — одновременно эндометриома и глубокие поражения. Более раннее менархе было связано со значительно большей вероятностью только SPE и сочетанного макрофенотипа «глубокие поражения + эндометриома» (возраст ≤11 лет по сравнению с 12 годами: ОШ 1,29; ДИ 1,01–1,65 и ОШ 2,07; ДИ 1,11–3,86 соответственно), но не с изолированными эндометриомами или глубокими поражениями (p-heterogeneity=0,05). Наличие хронических сочетанных болевых состояний было связано с большей вероятностью эндометриоза в целом (ОШ 1,66; ДИ 1,49–1,85 на каждое состояние), а также только SPE (ОШ 1,80; ДИ 1,59–2,04 на каждое состояние) и глубоких поражений (ОШ 1,76; ДИ 1,44–2,15 на каждое состояние), но не макрофенотипов, включавших эндометриому (p-het=0,0001). Неконтролируемая кластеризация по факторам риска и сопутствующим заболеваниям выявила различные ассоциативные паттерны в зависимости от хирургически визуализируемого макрофенотипа поражений.

Выводы: Полученные данные о неоднородности отдельных факторов риска и сопутствующих заболеваний при различных макрофенотипах эндометриоза подтверждают предположение о разных этиологических механизмах этих фенотипов и подчёркивают важность оценки факторов риска и биомаркеров с учётом макрофенотипа поражений при эндометриозе.