Противовоспалительное действие куркумина в экспериментальной модели сепсиса опосредовано повышением экспрессии рецептора гамма, активируемого пролифераторами пероксисом

Цель: Хотя известно, что фитохимическое соединение куркумин обладает противовоспалительными свойствами, его возможное благоприятное действие при сепсисе остаётся неизвестным. Цель исследования — выяснить, защищает ли куркумин животных с сепсисом и, если да, играет ли в этом роль активация противовоспалительного ядерного рецептора гамма, активируемого пролифераторами пероксисом (PPAR-γ).

Дизайн: Проспективное контролируемое рандомизированное исследование на животных.

Место проведения: Лаборатория научно-исследовательского института.

Животные: Самцы крыс линии Sprague–Dawley.

Вмешательства: Взрослым самцам крыс внутривенно вводили болюсно 0,2 мкмоль куркумина, после чего в течение 3 дней проводили его непрерывную инфузию в дозе 0,24 мкмоль/сут с помощью предварительно заполненного мини-насоса объёмом 2 мл. Затем у крыс моделировали сепсис путём перевязки и пункции слепой кишки.

Измерения и основные результаты: Через 20 ч после перевязки и пункции слепой кишки, то есть на поздней стадии сепсиса, измеряли сывороточные уровни печёночных ферментов (аланинаминотрансферазы и аспартатаминотрансферазы), лактата, альбумина и фактора некроза опухоли α (ФНО-α). Кроме того, после перевязки и пункции слепой кишки с последующей резекцией слепой кишки оценивали 10-дневную выживаемость крыс, получавших куркумин или не получавших его. Также клетки линии макрофагов RAW 264.7 обрабатывали куркумином, а затем стимулировали эндотоксином; после этого оценивали экспрессию ФНО-α и PPAR-γ. Внутривенное введение куркумина до развития сепсиса уменьшало повреждение тканей и смертность, а также снижало экспрессию ФНО-α у животных с сепсисом. Сходные результаты наблюдались и при введении куркумина после начала сепсиса. Кроме того, куркумин значительно повышал сниженную экспрессию PPAR-γ в печени через 20 ч после перевязки и пункции слепой кишки. Одновременное введение куркумина и GW9662 — специфического антагониста PPAR-γ — полностью устраняло благоприятное действие куркумина в этих условиях. В культуре клеток RAW 264.7 куркумин подавлял вызванное эндотоксином повышение экспрессии ФНО-α и значительно повышал экспрессию PPAR-γ, не влияя на жизнеспособность клеток. Куркумин также предотвращал вызванные эндотоксином морфологические изменения макрофагов.

Выводы: Защитное действие куркумина позволяет рассматривать его и его аналоги как перспективных кандидатов для разработки новых методов лечения сепсиса. Благоприятный эффект куркумина, по-видимому, опосредован повышением экспрессии ядерного рецептора PPAR-γ.