Острое проявление гигантской внутритиреоидной аденомы околощитовидной железы: клинический случай

Введение: Представлен клинический случай гигантской внутритиреоидной аденомы околощитовидной железы массой 59 г у молодой женщины, которая обратилась с остро возникшей тяжёлой гиперкальциемией, потребовавшей коррекции и полноценной предоперационной подготовки. Аденомы околощитовидных желез являются причиной 85% случаев первичного гиперпаратиреоза. Аденомы массой более 3,5 г классифицируют как гигантские. В литературе описано лишь 25 аденом околощитовидных желез массой более 30 г. Благодаря широкому применению биохимического скрининга в западных странах умеренное повышение уровня кальция часто выявляют случайно. Необычность данного случая обусловлена чрезвычайно высокой концентрацией кальция, молодым возрастом пациентки и массой аденомы, особенно с учётом того, что заболевание возникло в развитой стране.

Описание клинического случая: 21-летняя женщина из Ирландии обратилась с трёхнедельной историей увеличения образования в правой боковой области шеи. Дисфагии, стридора, симптомов гипертиреоза или гиперкальциемии не было. При осмотре в правой доле щитовидной железы определялось плотное безболезненное образование. Результаты исследования функции щитовидной железы были нормальными. Скорректированный уровень кальция в сыворотке крови был значительно повышен и составлял 3,96 ммоль/л; выявлена гипофосфатемия — 0,35 ммоль/л. Пациентке внутривенно вводили жидкости и бисфосфонаты. Концентрация паратиреоидного гормона более чем в 20 раз превышала верхнюю границу нормы. Ультразвуковое исследование выявило солидно-кистозный узел в нижнем полюсе правой доли щитовидной железы. Сцинтиграфия околощитовидных желез продемонстрировала очаг размером 5 × 4 см с накоплением радиофармпрепарата. Выполнены удаление правой околощитовидной железы, лобэктомия щитовидной железы справа и лимфодиссекция VI уровня шеи. Удалено инкапсулированное многокамерное солидно-кистозное образование массой 59 г. Явной инвазии капсулы не выявлено, индекс пролиферации MIB-1 был низким — 1%, поэтому в препарате отсутствовали диагностические признаки карциномы. На третьи сутки после операции развился синдром голодных костей, потребовавший внутривенного введения препаратов кальция. Через год после операции пациентка больше не нуждалась в приёме кальция и альфакальцидола. При контрольном ультразвуковом исследовании остатка щитовидной железы патологических изменений не выявлено.

Выводы: Любое изолированное повышение уровня кальция требует тщательного обследования. Синдром голодных костей потенциально предотвратим, поэтому врачу необходимо учитывать высокий риск его развития после удаления аденомы околощитовидной железы; этот риск коррелирует с массой удалённой аденомы.