Клиническая значимость балла генетического риска сахарного диабета 1 типа, рассчитанного при генетическом тестировании на MODY

Цель: Оценить клиническую значимость включения балла генетического риска сахарного диабета 1 типа (T1DGRS) в панель генов для диагностики моногенного диабета у пациентов, направленных на генетическое тестирование по поводу предполагаемого MODY в условиях рутинной клинической практики.

Методы: В исследование включили 1129 пациентов, получавших инсулинотерапию и направленных на генетическое тестирование по поводу MODY. Всем выполнили исследование панели генов, включавшей 10 вариантов, для расчёта T1DGRS. Распределение значений T1DGRS сравнивали с таковым в референтных популяциях, чтобы оценить распространённость сахарного диабета 1 типа среди направленных на обследование пациентов. Для выявления вероятного сахарного диабета 1 типа определили возраст-специфические пороговые значения T1DGRS, соответствующие положительной прогностической ценности ≥80%, и применили их у пациентов с MODY без выявленной генетической причины, чтобы оценить пригодность этого показателя для предварительного отбора до генетического тестирования.

Результаты: Значения T1DGRS у пациентов, направленных на обследование по поводу MODY, занимали промежуточное положение между показателями референтных популяций с сахарным диабетом 1 типа и без него, что соответствовало расчётной распространённости сахарного диабета 1 типа 20% (95% ДИ 14,9–25,2%) в условиях реальной клинической практики. После генетического тестирования повышенных значений T1DGRS у пациентов с установленной генетической причиной MODY не выявили, тогда как у пациентов с MODY без выявленной генетической причины наблюдалось обогащение вариантами, соответствовавшее распространённости сахарного диабета 1 типа 26,0%; наиболее высокой она была у детей (76,2%), а наиболее низкой — у взрослых (16,8%). Возраст-специфические пороговые значения T1DGRS позволили выявить вероятный сахарный диабет 1 типа у 16,1% (95% ДИ 13,8–18,5%) пациентов с MODY без выявленной генетической причины. В качестве инструмента предварительного отбора до тестирования T1DGRS в целом обладал ограниченной дискриминационной способностью (площадь под ROC-кривой [AUC] 0,60), но хорошо работал у детей младше 10 лет (AUC 0,83): более чем в 50% случаев тестирования можно было избежать, не пропустив MODY.

Выводы: Включение T1DGRS в стандартную панель генов для диагностики MODY технически возможно и имеет клиническую ценность. Такой подход расширяет возможности геномной диагностики за пределы моногенных заболеваний, позволяя выявлять сахарный диабет 1 типа у пациентов с MODY без установленной генетической причины. Целесообразность применения T1DGRS до генетического тестирования зависит от возраста и может снизить число ненужных исследований у детей.