Трансректальное извлечение ооцитов у пациентки с раком влагалища

Цель: Описать предоперационное планирование и продемонстрировать технику трансректального извлечения ооцитов под контролем ультразвукового исследования (TROR) у пациентки с раком влагалища.

Дизайн: Видеостатья.

Место проведения: Центр репродуктивной медицины при университете.

Пациентка: 19-летняя женщина, не жившая половой жизнью, с первичным светлоклеточным раком влагалища обратилась для сохранения фертильности. Из-за выраженной боли и кровотечения она не могла перенести гинекологический осмотр и трансвагинальное ультразвуковое исследование (ТВУЗИ). Число антральных фолликулов и уровень антимюллерова гормона (АМГ) составляли 37 и 67 пмоль/л (9,38 нг/мл) соответственно. Стимуляцию яичников начали с введения 150 единиц рекомбинантного фолликулостимулирующего гормона (ФСГ) по протоколу с антагонистом гонадотропин-рилизинг-гормона (ГнРГ). На 10-й день стимуляции при трансабдоминальном ультразвуковом исследовании (ТАУЗИ) в обоих яичниках выявили 11 фолликулов диаметром 17 мм и более. ТАУЗИ также показало, что доступна только латеральная часть правого яичника; доступ к левому яичнику был существенно ограничен маткой и расположенными между ними сосудами. Из-за сжатых сроков лапароскопическое извлечение ооцитов было невозможно, поэтому заранее обсудили трансабдоминальный и трансректальный способы извлечения. За день до процедуры провели подготовку кишечника. Пациентка дала согласие на публикацию и размещение видео в интернете, в том числе в социальных сетях, на сайте журнала, сайтах научной литературы (например, PubMed, ScienceDirect, Scopus) и других соответствующих ресурсах.

Вмешательство: TROR через 36 часов после введения триггера овуляции.

Основные оцениваемые исходы: Общее число полученных ооцитов и число зрелых ооцитов после TROR.

Результаты: В прямую кишку осторожно ввели трансвагинальный датчик частотой 7 МГц и диаметром 23,8 мм, предварительно поместив его в стерильный чехол и обильно смазав. Оба яичника хорошо визуализировались. Для аспирации фолликулов использовали однопросветную иглу 17 G длиной 25 см. Получили 29 ооцитов, из них 28 зрелых ооцитов подвергли криоконсервации. После TROR пациентке назначили пероральный левофлоксацин и метронидазол на 5 дней. Послеоперационный период протекал без осложнений; вскоре пациентка начала противоопухолевое лечение.

Выводы: TROR может служить альтернативой трансабдоминальному и/или лапароскопическому извлечению ооцитов у пациенток с раком влагалища или шейки матки. Несмотря на новизну метода, TROR следует применять только в тех случаях, когда трансвагинальное, трансабдоминальное или лапароскопическое извлечение ооцитов небезопасно либо технически невозможно.