Дифференциальная эффективность внутривенного лидокаина при купировании нейропатической боли на ипсилатеральной и контралатеральной сторонах у крыс

В этом исследовании определяли пороговую концентрацию лидокаина в плазме, при которой обращается механическая аллодиния в модели нейропатической боли у крыс, устанавливали концентрационно-зависимые пределы этого эффекта и сравнивали острое купирование боли во время внутривенной инфузии с сохраняющимся облегчением аллодинии, оцененным через 48 ч. Также оценивали действие внутривенного лидокаина на ипсилатеральную и контралатеральную задние лапы.

Сорок крыс распределили по пяти группам (n = 7-10) и выполнили лигирование спинномозговых корешков L5-L6, чтобы вызвать аллодинию, которую количественно оценивали по снижению силы, необходимой для возникновения отдергивания лапы при тестировании волосками фон Фрея на подошвенной поверхности задней лапы (PWT, порог отдергивания лапы). Во время операции устанавливали внутривенные катетеры для программируемой инфузии лидокаина, а у части животных также вводили артериальные катетеры для определения концентрации лидокаина в крови. PWT измеряли на ипсилатеральной и контралатеральной лапах до и после лигирования и во время инфузий, которые, начиная с 5-го дня после операции, проводили через день с постепенным повышением дозы (1,1-9,7 мкг/мл плазмы).

Лигирование вызывало аллодинию в ипсилатеральных лапах (PWT = 1,22 ± 0,42 г (± SEM)) и в контралатеральных лапах (PWT = 4,99 ± 0,61 г); оба значения были резко ниже дооперационных контрольных величин для любой из лап (11,31 ± 0,41 г). Ипсилатеральная аллодиния частично, но значимо и стойко, обращалась (до PWT = 6-8 г) после инфузии лидокаина до концентрации 2,1 мкг/мл в двух отдельных группах (n = 7, 8). Более низкие концентрации повышали PWT во время инфузии, но не давали стойкого облегчения. Повышение PWT во время инфузии на этом пороговом уровне у отдельных животных положительно коррелировало с облегчением, измеренным через 48 ч, однако более высокие концентрации лидокаина при последующих введениях не обеспечивали дополнительного стойкого облегчения. Остаточный уровень PWT после обращения эффекта лидокаина и выше оставался постоянным для каждого отдельного животного в течение следующих 14 дней, но существенно различался между животными; у некоторых показатели возвращались к дооперационным значениям PWT, а у некоторых препарат не давал эффекта вовсе. Ретроспективный анализ выявил значимую и непредвиденную связь между частотой низких дооперационных значений PWT (< 10 г) и отсутствием стойкого обращения послеоперационной аллодинии под действием лидокаина. Контралатеральная аллодиния, несмотря на ее острое обратимое уменьшение во время инфузии до 2,1 мкг/мл и выше, после инфузии лидокаина в любой концентрации стойко не купировалась. Повторные инфузии на подпороговом уровне (< 2 мкг/мл) не обеспечивали сохраняющегося облегчения аллодинии ни с одной стороны, а инфузии физиологического раствора были неэффективны. Эти данные показывают, что экспериментальная аллодиния обусловлена множественными факторами, лишь часть которых чувствительна к лечению лидокаином, а стойкое обращение аллодинии ограничено по выраженности и, вероятно, зависит от исходных факторов.