От эпидемиологической синергии к политике и практике общественного здравоохранения: вклад других инфекций, передаваемых половым путем, в половую передачу ВИЧ-инфекции

Цель: Обобщить научные данные о роли инфекций, передаваемых половым путем (ИППП), в половой передаче ВИЧ-инфекции и обсудить значение этих результатов для политики и практики профилактики ВИЧ-инфекции и ИППП.

Методы: Статьи отбирали по результатам поиска в базе Medline с использованием поисковой системы OVID. Поиск охватывал публикации с января 1987 года по сентябрь 1998 года; всего было найдено 2101 публикацию. Для выявления статей, которые могли быть пропущены, дополнительно выполняли поиск связанных публикаций по авторам и анализировали обзоры литературы. Кроме того, были просмотрены все тезисы в категории «инфекции, передаваемые половым путем», представленные на XI и XII Международных конференциях по СПИДу (Ванкувер, 1996 год; Женева, 1998 год), а также на других relevantных научных совещаниях. Предпринимались попытки найти журнальные статьи, подготовленные по результатам исследований, описанных в выявленных тезисах. В обзор включали все оригинальные журнальные статьи и тезисы, соответствовавшие одному из следующих критериев: (1) исследования биологической обоснованности или механизмов, посредством которых ИППП повышают заразность ВИЧ или восприимчивость к ВИЧ-инфекции; (2) проспективные когортные исследования (продольные или с вложенным дизайном «случай–контроль»), оценивающие риск ВИЧ-инфекции при конкретных ИППП или синдромах, обусловленных ИППП; (3) интервенционные исследования, количественно оценивающие влияние лечения ИППП на частоту новых случаев ВИЧ-инфекции.

Результаты: Имеются убедительные доказательства того, что как язвенные, так и неязвенные ИППП способствуют передаче ВИЧ, повышая заразность ВИЧ и восприимчивость к ВИЧ-инфекции посредством различных биологических механизмов. Это подтверждается оценками риска в многочисленных проспективных исследованиях, проведённых на четырёх континентах: они варьировали от 2,0 до 23,5, причём в большинстве случаев составляли 2–5. Относительное значение язвенных и неязвенных ИППП, по-видимому, определяется сложным сочетанием факторов. Поскольку во многих популяциях неязвенные ИППП встречаются чаще, они могут быть причиной большего числа случаев передачи ВИЧ, чем язвенные поражения половых органов. Однако ограниченное обратное влияние ВИЧ-инфекции на неязвенные ИППП, а также данные о том, что неязвенные ИППП могут преимущественно повышать риск для принимающего партнёра, а не для обоих партнёров, способны уменьшать влияние этих инфекций на передачу ВИЧ. Результаты двух рандомизированных контролируемых исследований вмешательства на уровне сообществ, проведённых в Африке, свидетельствуют о том, что своевременное предоставление медицинской помощи по поводу ИППП может существенно снизить частоту новых случаев ВИЧ-инфекции, однако ставят дополнительные вопросы об оптимальных способах адресного предоставления и организации такой помощи для достижения максимального влияния на передачу ВИЧ.

Выводы: Имеющиеся данные практически не оставляют сомнений в том, что другие ИППП способствуют передаче ВИЧ посредством прямых биологических механизмов, а раннее лечение ИППП должно быть частью качественной комплексной стратегии профилактики ВИЧ-инфекции. Органам, формирующим политику здравоохранения, руководителям программ профилактики ВИЧ-инфекции и медицинским работникам следует сосредоточить первоочередные усилия на трёх ключевых направлениях: (i) повышении доступности и качества клинической помощи при ИППП; (ii) формировании правильного и своевременного обращения за медицинской помощью по поводу ИППП; (iii) создании систем эпидемиологического надзора для мониторинга тенденций заболеваемости ИППП и ВИЧ-инфекцией, а также взаимосвязей между ними.