Одиночество как специфический фактор риска депрессивной симптоматики: перекрёстный и продольный анализ

Степень, в которой одиночество является независимым фактором риска депрессивной симптоматики, была оценена в двух популяционных исследованиях лиц среднего и пожилого возраста; во втором исследовании также продольно изучали возможные причинные связи между одиночеством и депрессивной симптоматикой. В исследовании 1 национально репрезентативная выборка лиц 54 лет и старше прошла телефонное интервью в рамках исследования здоровья и старения. Более высокий уровень одиночества был связан с более выраженной депрессивной симптоматикой независимо от возраста, пола, этнической принадлежности, образования, дохода, семейного статуса, социальной поддержки и воспринимаемого стресса. В исследовании 2 подробные данные об одиночестве, социальной поддержке, воспринимаемом стрессе, враждебности и демографических характеристиках собирали в течение 3 лет у популяционной выборки взрослых 50–67 лет из округа Кук, штат Иллинойс. И в этом исследовании одиночество вновь было связано с более выраженной депрессивной симптоматикой независимо от демографических ковариат, семейного статуса, социальной поддержки, враждебности и воспринимаемого стресса. Модели латентного роста выявили двунаправленное влияние во времени между одиночеством и депрессивной симптоматикой. Эти данные указывают, что одиночество и депрессивная симптоматика могут действовать синергично, снижая благополучие людей среднего и пожилого возраста.