Риск неартериитной передней ишемической нейропатии зрительного нерва у пациентов, которым назначали семаглутид

Важность: По данным отдельных наблюдений возникло предположение, что семаглутид — агонист рецептора глюкагоноподобного пептида 1 (GLP-1 RA), быстро набирающий применение, — может быть связан с неартериитной передней ишемической нейропатией зрительного нерва (NAION). Цель: Оценить, существует ли связь между семаглутидом и риском NAION. Дизайн, условия и участники: В ретроспективном исследовании с подобранными по сопоставимым признакам когортами использовали данные централизованного регистра пациентов, осмотренных нейроофтальмологами в одном академическом центре с 1 декабря 2017 г. по 30 ноября 2023 г. Поиск по коду H47.01 Международной статистической классификации болезней и проблем, связанных со здоровьем, 10-го пересмотра (ишемическая нейропатия зрительного нерва), и текстовый поиск позволили выявить 16 827 пациентов без анамнеза NAION. Метод сопоставления по склонности применяли для оценки связи между назначением семаглутида и NAION у пациентов с сахарным диабетом 2-го типа (СД2) или избыточной массой тела/ожирением с учетом ковариатных факторов (пол, возраст, системная артериальная гипертензия, СД2, обструктивное апноэ сна, ожирение, гиперлипидемия и ишемическая болезнь сердца), а также противопоказаний к применению семаглутида. Кумулятивную частоту NAION определяли методом Каплана — Мейера и с помощью модели пропорциональных рисков Кокса, скорректированной на возможные смешивающие коморбидные состояния. Анализ данных проводили с 1 декабря 2017 г. по 30 ноября 2023 г. Воздействие: Назначение семаглутида по сравнению с неагонистами GLP-1 для лечения либо СД2, либо избыточной массы тела. Основные исходы и показатели: Кумулятивная частота и отношение рисков NAION. Результаты: Среди 16 827 пациентов у 710 был СД2 (194 получали семаглутид; 516 — другие противодиабетические препараты, не относящиеся к агонистам GLP-1; медиана возраста [межквартильный размах] 59 [49–68] лет; 369 [52%] женщин), а 979 имели избыточную массу тела или ожирение (361 получал семаглутид; 618 — другие препараты для снижения массы тела, не относящиеся к агонистам GLP-1; медиана возраста [межквартильный размах] 47 [32–59] лет; 708 [72%] женщин). В группе пациентов с СД2 было зарегистрировано 17 случаев NAION у получавших семаглутид и 6 случаев — в когорте неагонистов GLP-1. Кумулятивная частота NAION за 36 месяцев в когортах семаглутида и неагонистов GLP-1 составила 8,9% (95% ДИ 4,5–13,1%) и 1,8% (95% ДИ 0–3,5%) соответственно. Модель пропорциональных рисков Кокса показала более высокий риск NAION у пациентов, получавших семаглутид (отношение рисков 4,28; 95% ДИ 1,62–11,29; P < 0,001). В группе пациентов с избыточной массой тела или ожирением было 20 случаев NAION в когорте семаглутида и 3 случая — в когорте неагонистов GLP-1. Кумулятивная частота NAION за 36 месяцев в когортах семаглутида и неагонистов GLP-1 составила 6,7% (95% ДИ 3,6–9,7%) и 0,8% (95% ДИ 0–1,8%) соответственно. Модель пропорциональных рисков Кокса также показала более высокий риск NAION у пациентов, которым назначали семаглутид (отношение рисков 7,64; 95% ДИ 2,21–26,36; P < 0,001). Выводы и значимость: Результаты этого исследования указывают на связь между семаглутидом и NAION. Поскольку исследование было наблюдательным, для оценки причинно-следственной связи необходимы дальнейшие исследования.