Распространённость эндометриоза при вариантах синдрома Майера—Рокитанского—Кюстера—Хаузера: систематический обзор и метаанализ

Вопрос исследования: У пациенток с синдромом Майера—Рокитанского—Кюстера—Хаузера (СМРКХ; популяция) связано ли наличие функционального эндометрия (ФЭ) в рудиментарной матке (РМ) (фактор воздействия) с более высокой распространённостью эндометриоза (исходом) по сравнению с отсутствием ФЭ в РМ или отсутствием РМ (сравнение)?

Краткий ответ: Совокупная распространённость эндометриоза была значительно выше у пациенток с СМРКХ и ФЭ (СМРКХФЭ+) по сравнению с пациентками без ФЭ (СМРКХФЭ−).

Что уже известно: Патогенез эндометриоза изучен не полностью. Выявление эндометриоза органов малого таза у пациенток с СМРКХ — один из основных аргументов против гипотезы ретроградной менструации (РМ). Благодаря появлению высокоразрешающей ультразвуковой диагностики и магнитно-резонансной томографии (МРТ) стало возможным надёжно выявлять ФЭ, скрытый в РМ, до операции, и гистологическое исследование после удаления РМ больше не является единственным способом подтвердить наличие слизистого компонента. Сходная распространённость эндометриоза у пациенток с СМРКХФЭ+ и СМРКХФЭ−, установленная по данным предоперационного ультразвукового исследования и/или МРТ, фактически опровергла бы теорию РМ/имплантации, тогда как значительно более высокая распространённость эндометриоза у пациенток с СМРКХФЭ+ по сравнению с пациентками с СМРКХФЭ− поставила бы под сомнение гипотезу о целомической метаплазии и эмбриональных остатках.

Дизайн исследования, размер выборки, продолжительность: В этот систематический обзор включали полнотекстовые статьи на английском языке, опубликованные в рецензируемых журналах с 1 января 1980 года по 1 июня 2024 года. В июне 2024 года был выполнен поиск в электронных базах данных PubMed и Embase. Ключевое слово «endometriosis» использовали в сочетании с терминами «Mayer-Rokitansky-Küster-Hauser syndrome», «Müllerian agenesis», «uterine agenesis», «vaginal agenesis», «Müllerian anomalies» и «female genital malformations». Были просмотрены списки литературы соответствующих публикаций, а также использованы функции PubMed «похожие статьи» и «цитируется в».

Участники/материалы, условия проведения, методы: Включали исследования, в которых сообщалось о наличии или отсутствии ФЭ в РМ, установленном при предоперационном ультразвуковом исследовании или МРТ либо по результатам гистологического исследования после хирургического удаления, а также о наличии или отсутствии эндометриоза, подтверждённого хирургически. Серии случаев и описания отдельных случаев считались соответствующими критериям включения. Исключали исследования, в которых не было чётко указано, что целью было выявление эндометрия в РМ, либо не представлены результаты ультразвукового исследования, МРТ или гистологического исследования. Два рецензента независимо извлекали данные. Риск систематической ошибки оценивали с помощью инструмента, специально разработанного для определения методологического качества серий случаев и описаний отдельных случаев.

Основные результаты и роль случайных факторов: В обзор включили 102 исследования (29 серий случаев и 73 описания отдельных случаев), в которых участвовали 666 пациенток с СМРКХ и было подтверждено наличие или отсутствие ФЭ. Эндометриоз выявили у 71 участницы (10,7%; 95% ДИ 8,5–13,2%); его распространённость составила 8,6% (51/593; 95% ДИ 6,6–11,2%) в сериях случаев и 27,4% (20/73; 95% ДИ 18,4–38,6%) в описаниях отдельных случаев (P<0,0001). Если учитывать только 19 серий случаев, включавших ≥10 участниц, доля пациенток с СМРКХ и эндометриозом составила 3,4% (41/1219; 95% ДИ 2,5–4,5%). Среди 71 пациентки с СМРКХ и эндометриозом у 64 одновременно имелся ФЭ, тогда как только у 7 не было признаков ФЭ в РМ либо отсутствовала РМ. Доля пациенток с эндометриозом составила 32,0% в подгруппе с ФЭ (64/200; 95% ДИ 25,9–38,8%) и 1,5% (7/466; 95% ДИ 0,7–3,1%) в подгруппе без ФЭ в РМ или без РМ. В метаанализе серий случаев суммарная оценка распространённости эндометриоза у пациенток с ФЭ составила 16,8% (95% ДИ 1,8–38,5%), а у пациенток без ФЭ — 0% (95% ДИ 0–0%). Для оценки связи между ФЭ и эндометриозом также был проведён метаанализ серий случаев, в которых сообщались данные как о пациентках с ФЭ+, так и о пациентках с ФЭ−. У пациенток с СМРКХФЭ+ риск эндометриоза был значительно выше, чем у пациенток с СМРКХФЭ− (суммарное отношение шансов 12,0; 95% ДИ 5,1–28,3%). Оценка качества доказательств была выше в подгруппе серий случаев (медиана 4 балла; межквартильный размах 3–5 баллов), чем в подгруппе описаний отдельных случаев (медиана 3 балла; межквартильный размах 2–4 балла).

Ограничения и основания для осторожной интерпретации: Из-за неконтролируемого неэкспериментального дизайна серии случаев и описания отдельных случаев связаны с повышенным риском систематических ошибок отбора, проведения исследования, выявления, выбывания и представления результатов. В семи случаях эндометриоза у пациенток, предположительно не имевших выявленного ФЭ, предоперационную МРТ выполняли не систематически либо сообщали ошибочные результаты; анатомическое описание во время операции было неполным или противоречивым; гистопатологическое подтверждение эндометриоза отсутствовало либо вызывало сомнения; точные микроскопические признаки описывались не всегда. Поэтому остаётся неопределённым, действительно ли ФЭ отсутствовал во всех этих случаях и были ли все поражения, диагностированные как эндометриоз, проявлением истинного заболевания.

Более широкие последствия результатов: Полученные данные должны привлечь внимание к необходимости точно оценивать и описывать наличие или отсутствие ФЭ в РМ, а также систематически выполнять биопсию очагов, визуально расцениваемых как эндометриоз, у пациенток с СМРКХ. С учётом высокого риска систематической ошибки выявление эндометриоза у пациенток с СМРКХ, у которых якобы отсутствовал ФЭ, в немногочисленных описаниях случаев, опубликованных за последние четыре десятилетия, больше не следует безоговорочно интерпретировать как доказательство теории целомической метаплазии или эмбриональных остатков.

Финансирование исследования и конфликт интересов: Финансирование этого обзора не осуществлялось. P.Ve. входит в редакционные коллегии журналов Human Reproduction Open и Journal of Obstetrics and Gynaecology Canada, а также в международную редакционную коллегию журнала Acta Obstetricia et Gynecologica Scandinavica; получает авторские отчисления от Wolters Kluwer за главы о лечении эндометриоза в клинической системе поддержки принятия решений UpToDate; ведёт гинекологическую практику в государственных и частных медицинских организациях. E.S. является главным редактором Human Reproduction Open; сообщает о выплатах от Ferring за исследовательские гранты и от Merck-Serono за лекции; ведёт гинекологическую практику в государственных и частных медицинских организациях. P.Vi. — один из соредакторов Journal of Endometriosis and Uterine Disorders. Остальные авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Регистрационный номер: Протокол исследования зарегистрирован в PROSPERO (регистрационный номер CRD42024512351).