Психиатрические и психологические нежелательные эффекты, связанные с дулаглутидом, семаглутидом и лираглутидом: исследование VigiBase

Введение: Агонисты рецепторов глюкагоноподобного пептида-1 (ГПП-1) имеют ключевое значение в лечении сахарного диабета 2-го типа и ожирения. Препараты, такие как дулаглутид, семаглутид и лираглутид, имитируют эндогенный ГПП-1, усиливая секрецию инсулина и способствуя насыщению. Помимо контроля гликемии, они обладают кардиопротективным и нейропротективным эффектами. Однако появились опасения относительно психиатрических нежелательных эффектов, что требует систематической оценки их профиля безопасности.

Методы: В этом многонациональном фармаконадзорном исследовании использовали данные VigiBase® по состоянию на 1 декабря 2024 года, сосредоточившись на сообщениях о нежелательных реакциях на лекарства (НРЛ) для агонистов рецепторов ГПП-1. Психиатрические НРЛ классифицировали с использованием терминологии MedDRA. Анализ несоразмерности проводили с помощью логистической регрессии для расчета скорректированных отчетных отношений шансов (aROR) в сообщениях, связанных с противодиабетическими или антиожирительными препаратами. Модель causal forest оценивала индивидуальный эффект лечения (ITE) семаглутидом в отношении сообщений о депрессии и суицидальности.

Результаты: Среди 2 061 901 сообщения 21 414 касались психиатрических НРЛ на фоне агонистов рецепторов ГПП-1. Достоверные сигналы были выявлены для тревоги (aROR 1,26; 95% ДИ 1,18-1,35), расстройств депрессивного настроения (aROR 1,70; 95% ДИ 1,57-1,84) и суицидальности (aROR 1,45; 95% ДИ 1,29-1,63) для семаглутида, а также для расстройств пищевого поведения при применении всех трех агонистов рецепторов ГПП-1 (aROR от 4,17 до 6,80). Модель causal forest оценила средний эффект лечения для семаглутида на сообщения о депрессии и суицидальности как 0,0046, при этом отмечалась значительная неоднородность по регионам и демографическим группам.

Обсуждение: Исследование не выявило значимого увеличения общего числа сообщений о психиатрических НРЛ на фоне агонистов рецепторов ГПП-1, за исключением расстройств пищевого поведения и депрессии/суицидальности у пациентов, получавших семаглутид. В анализах чувствительности до 4 июня 2021 года сигналов не было, что согласуется с данными рандомизированных контролируемых исследований. Постмаркетинговые сообщения связывали семаглутид с депрессией и суицидальными мыслями, что стало поводом для регуляторных расследований. Модель causal forest выявила выраженную неоднородность психиатрического профиля безопасности семаглутида, при этом на сообщения о НРЛ влияли региональные факторы.

Выводы: Хотя агонисты рецепторов ГПП-1 не демонстрируют значимого увеличения общего числа психиатрических НРЛ, данные указывают, что клиницистам следует сохранять настороженность в отношении возможных депрессивных симптомов и суицидальности, особенно у пациентов с ожирением, получающих семаглутид после его одобрения для лечения избыточной массы тела.