Пренатальное воздействие депрессии у матери и антидепрессантов: исходы нейроразвития у детей в популяционном когортном исследовании

Введение: Отдалённые последствия применения антидепрессантов во время беременности для нейроразвития ребёнка неясны, тогда как частота их назначения беременным растёт. Цель исследования — уточнить связь депрессии у матери во время беременности и/или воздействия антидепрессантов с исходами нейроразвития у детей школьного возраста.

Методы и результаты: В популяционное когортное исследование вошли 167 447 детей, родившихся в Уэльсе (Великобритания) в 2009–2016 годах. За детьми наблюдали до 2022 года; средний возраст на момент окончания наблюдения составлял 5,68 года. Использовали связанные данные первичной медицинской помощи, родовспоможения и системы образования. Воздействием считали получение одного или нескольких рецептов на антидепрессанты во время беременности или в течение месяца до зачатия и/или зарегистрированный диагноз депрессии у матери за два года до родов. Исходами были особые образовательные потребности (ООП) в целом и по отдельным категориям: расстройства аутистического спектра (РАС), нарушения сенсорных функций, трудности коммуникации, обучения, физического развития и здоровья, а также поведенческие, эмоциональные и социальные трудности; кроме того, учитывали синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ). Для изучения ООП и их отдельных категорий применяли модели обобщённых оценочных уравнений с членом взаимодействия между депрессией у матери и воздействием антидепрессантов. Для оценки абсолютного риска рассчитывали прогнозируемые вероятности и предельные эффекты. Отдельные модели строили для различных классов антидепрессантов и их комбинаций. Время до постановки диагноза СДВГ анализировали с помощью регрессии Кокса пропорциональных рисков и гибких параметрических моделей выживаемости. В число ковариат вошли пол ребёнка, квинтиль депривации на уровне района проживания, этническая принадлежность, возраст ребёнка, возраст матери, курение, число предыдущих родов, многоплодная беременность и эпилепсия. В общей сложности 12 630 детей (7,6%) подвергались воздействию нелеченой депрессии у матери во время беременности; 7 005 (4,2%) — депрессии, которую лечили; 5 996 (3,6%) получали антидепрессанты при отсутствии зарегистрированного диагноза депрессии у матери. ООП были связаны как с депрессией у матери (скорректированное отношение шансов — 1,25; 95% ДИ 1,20–1,31), так и с воздействием антидепрессантов (скорректированное отношение шансов — 1,46; 95% ДИ 1,38–1,56). Прогнозируемая частота ООП по любой причине была наибольшей у детей, подвергавшихся воздействию и депрессии у матери, и антидепрессантов: 26,5 на 100 детей (95% ДИ 25,5–27,5); наименьшей — у детей без такого воздействия: 20,0 на 100 (95% ДИ 19,8–20,2). При воздействии только депрессии у матери показатель составлял 23,6 на 100 детей (95% ДИ 22,9–24,3), а при воздействии антидепрессантов без зарегистрированной депрессии — 26,3 на 100 (95% ДИ 25,3–27,4). Связь воздействия антидепрессантов с абсолютным риском ООП соответствовала его увеличению на 6,3 процентного пункта (95% ДИ 5,2–7,4) у детей матерей без депрессии и на 2,9 процентного пункта (95% ДИ 1,7–4,1) у детей матерей с депрессией. Связь с воздействием антидепрессантов выявлялась и для ряда других исходов, включая РАС (скорректированное отношение шансов — 1,59; 95% ДИ 1,31–1,92) и СДВГ (скорректированное отношение рисков — 1,89; 95% ДИ 1,57–2,27). Ни для одного класса антидепрессантов не выявлено существенно отличающейся связи с риском ООП, однако при сравнении лечения и отсутствия лечения депрессии различия абсолютного риска ООП были статистически значимыми для трициклических антидепрессантов (8,8%; 95% ДИ 3,2–14,4) и ингибиторов обратного захвата серотонина и норадреналина (8,8%; 95% ДИ 2,6–15,0). К основным ограничениям исследования относятся возможное смешение по показаниям и тяжести депрессии: вероятно, женщинам, которым назначали антидепрессанты, свойственна более тяжёлая депрессия.

Выводы: У детей матерей с депрессией риск ООП выше, и эту связь нельзя объяснить только воздействием антидепрессантов. Пренатальное воздействие антидепрессантов может быть связано с небольшим дополнительным абсолютным риском, однако полученные результаты отчасти могут объясняться тяжестью депрессии. Необходимы дальнейшие исследования.