Определение оптимальной тактики лечения рака носоглотки на основе системы стадирования TNM 9-го пересмотра: данные многоцентрового когортного исследования в эндемичном регионе

Введение: В 2025 году вышло 9-е издание системы стадирования AJCC/UICC для рака носоглотки (TNM-9), что потребовало пересмотра лечебных схем с учётом доказательных данных. Цель исследования — определить оптимальную тактику лечения в соответствии с новыми критериями.

Методы: В многоцентровую когорту включили пациентов из эндемичных регионов Китая, проходивших лечение в 2016–2017 годах, с неметастатическим (M0) или метастатическим на момент первичной диагностики (M1) раком носоглотки. Для минимизации систематической ошибки отбора применяли сопоставление по оценке склонности (1:1 или 1:M) и взвешивание по обратной вероятности назначения лечения. Выживаемость сравнивали с помощью метода Каплана—Майера и моделей Кокса.

Результаты: В когорту вошли 6049 пациентов с неметастатическим заболеванием, распределённых по группам риска в соответствии с TNM-9: низкий риск (стадия IA), промежуточный риск (стадия IB и T3N0), промежуточно-высокий риск (T3N1) и высокий риск (T1–3N2 и стадия III). Кроме того, в исследование включили 127 пациентов с метастатическим заболеванием на момент первичной диагностики. В группе со стадией IA различий в выживаемости между одновременной химиолучевой терапией и одной лучевой терапией с модулированной интенсивностью (IMRT) не выявлено (отношение рисков [ОР] 0,50; 95% ДИ 0,05–5,50; p = 0,562). Однако в группе промежуточного риска одновременная химиолучевая терапия обеспечивала значимо более высокую 5-летнюю общую выживаемость (97,9% против 91,0%; p = 0,001). У пациентов высокого риска индукционная химиотерапия с последующей одновременной химиолучевой терапией, с адъювантной химиотерапией или без неё, обеспечивала более высокую 5-летнюю общую выживаемость (83,9% против 78,6%; p = 0,003). Хотя переклассификация по TNM-9 затронула лишь небольшую группу пациентов (n = 301), у них добавление индукционной химиотерапии было связано со значительным преимуществом в выживаемости (5-летняя общая выживаемость 83,2% против 66,4%; p = 0,001). Комплексная тактика, включавшая системную терапию, локорегионарную лучевую терапию и поддерживающую терапию, была связана со значимым увеличением выживаемости (ОР 0,36; 95% ДИ 0,23–0,55 и ОР 0,45; 95% ДИ 0,25–0,79). Кроме того, у пациентов с M1a локальное консолидирующее лечение метастазов сопровождалось недостоверной тенденцией к увеличению медианы общей выживаемости (89,0 против 62,4 месяца; p = 0,122).

Выводы: Согласно TNM-9, при стадии IA рекомендуется только радикальная IMRT, при стадии IB и T3N0 — одновременная химиолучевая терапия, а при высоком риске, включая переклассифицированные подгруппы, — интенсивная терапия. При метастатическом заболевании добавление локорегионарной лучевой и поддерживающей терапии к системной терапии было связано с улучшением выживаемости пациентов с M1a и M1b; тенденция к возможной пользе локального консолидирующего лечения наблюдалась только при M1a.