7α-метил-19-нортестостерон сохраняет сексуальное поведение и настроение у мужчин с гипогонадизмом

Синтетический стероид 7α-метил-19-нортестостерон (MENT) — мощный андроген, устойчивый к действию 5α-редуктазы. Поэтому его активность в предстательной железе ниже, чем у тестостерона, что может давать преимущества при длительной терапии или применении в составе мужской контрацепции. У эугонадных мужчин введение MENT подавляет секрецию гонадотропинов, однако способность поддерживать андрогензависимое поведение ранее не изучалась. Для длительного высвобождения использовали ацетат MENT, поскольку его диффузионные свойства лучше подходили для имплантов. После высвобождения ацетат быстро гидролизуется, поэтому циркулирующий MENT является биологически активной формой препарата. Мы сравнили влияние MENT и энантата тестостерона на сексуальный интерес и активность, спонтанные эрекции и настроение у 20 мужчин с гипогонадизмом европеоидной и китайской этнической принадлежности, набранных в Эдинбурге и Гонконге (по 10 человек в каждом центре). Показатели оценивали с помощью ежедневных дневников, полуструктурированных интервью и опросников. В группе из Эдинбурга также регистрировали ночную пенильную тумесценцию (NPT). После отмены андрогензаместительной терапии как минимум на 6 недель участников рандомизировали в две группы для перекрестного исследования. Каждый курс лечения длился 6 недель: два импланта, содержавших по 115 мг ацетата MENT, вводили подкожно в плечо и удаляли через 6 недель; энантат тестостерона вводили внутримышечно дважды по 200 мг с интервалом 3 недели. На фоне лечения MENT концентрация препарата в плазме оставалась стабильной: 1,4 ± 0,1 нмоль/л через 3 недели и 1,3 ± 0,1 нмоль/л через 6 недель (среднее ± стандартная ошибка среднего; все участники). Минимальная концентрация тестостерона составляла 3,6 ± 0,6 нмоль/л в конце периода отмены и 9,4 ± 0,6 нмоль/л через 3 недели после каждой инъекции. Концентрации гормонов в двух центрах не различались. Токсических нежелательных эффектов не выявлено. Различия между двумя видами лечения были незначительными. На фоне MENT и энантата тестостерона существенно усиливались сексуальный интерес и активность, а также спонтанные эрекции — по самоотчётам и данным NPT; в группе из Эдинбурга также усиливались положительные и ослабевали отрицательные эмоциональные состояния. В группе из Гонконга оба препарата усиливали эрекции при пробуждении; отмечалась тенденция к повышению сексуального интереса и активности. В период отмены изменения настроения у мужчин из Гонконга были менее выраженными, чем у мужчин из Эдинбурга, а на фоне лечения значимого ответа по этому показателю не наблюдалось. Полученные результаты свидетельствуют, что влияние MENT на сексуальную активность и настроение у мужчин с гипогонадизмом сходно с влиянием тестостерона. Поскольку NPT — физиологический показатель, зависящий от андрогенов, эти данные дополнительно подтверждают андрогенную активность MENT. Отсутствие выявленного эффекта обоих андрогенов у мужчин из Гонконга, кроме усиления эрекций при пробуждении, подчёркивает значение культурного контекста для проявления симптомов и их оценки. Подходящая доза MENT пока не установлена, однако результаты поддерживают дальнейшую разработку препарата в качестве потенциальной андрогензаместительной терапии.