Клиническое значение наличия «взвеси» в околоплодных водах у бессимптомных пациенток с высоким риском самопроизвольных преждевременных родов

Цель: определить клиническое значение наличия «взвеси» в околоплодных водах (ОВ) у бессимптомных пациенток с высоким риском самопроизвольных преждевременных родов.

Методы: В это ретроспективное исследование типа случай—контроль включили 281 пациентку с «взвесью» в ОВ (n = 66) или без нее (n = 215), которым выполняли трансвагинальное ультразвуковое исследование на сроке от 13 до 29 полных недель беременности. Пациенток с угрозой преждевременных родов, многоплодной беременностью, пороками развития плода, предлежанием плаценты или маточными сокращениями исключали.

Результаты: Распространенность «взвеси» в ОВ в исследуемой популяции составила 23,5% (66/281). Частота самопроизвольных преждевременных родов на сроке < 28 недель, < 32 недель, < 35 недель и < 37 недель составила 14,7% (29/197), 21,3% (46/216), 28,7% (62/216) и 42,1% (91/216) соответственно. У пациенток с «взвесью» отмечались: (1) более высокая частота самопроизвольных преждевременных родов на сроке < 28 недель (46,5% (20/43) против 5,8% (9/154); P < 0,001), < 32 недель (55,6% (25/45) против 12,3% (21/171); P < 0,001) и < 35 недель (62,2% (28/45) против 19,9% (34/171); P < 0,001); (2) более высокая частота клинического хориоамнионита (15,2% (10/66) против 5,1% (11/215); P = 0,007), гистологического хориоамнионита (61,5% (40/65) против 28% (54/193); P < 0,001) и фунизита (32,3% (21/65) против 19,2% (37/193); P = 0,03); (3) более высокая частота преждевременного излития околоплодных вод (ПИОВ) до начала родов (39,4% (26/66) против 13,5% (29/215); P < 0,001), более низкий срок гестации при ПИОВ (медиана 24,7 (межквартильный размах, 22,3–28,1) недели против 32,3 (межквартильный размах, 27,7–34,8) недели; P < 0,001); и (4) более короткий интервал от ультразвукового исследования до родов («взвесь» + 127 дней (95% ДИ, 120–134 дня) против «взвесь» − 161 день (95% ДИ, 153–169 дней); P < 0,001) и от ультразвукового исследования до ПИОВ («взвесь» + 23 дня (95% ДИ, 7–39 дней) против «взвесь» − 57 дней (95% ДИ, 38–77 дней); P = 0,003). «Взвесь» в ОВ была независимым предиктором самопроизвольных преждевременных родов на сроке < 28 недель, < 32 недель и < 35 недель, ПИОВ, микробной инвазии амниотической полости (МИАП) и гистологического хориоамнионита. Кроме того, сочетание длины шейки матки < 25 мм и «взвеси» ассоциировалось с отношением шансов 14,8 и 9,9 для самопроизвольных преждевременных родов на сроке < 28 недель и < 32 недель соответственно.

Выводы: «Взвесь» в околоплодных водах является независимым фактором риска самопроизвольных преждевременных родов, ПИОВ, МИАП и гистологического хориоамнионита у бессимптомных пациенток с высоким риском самопроизвольных преждевременных родов. Более того, сочетание «взвеси» с короткой шейкой матки повышает риск самопроизвольных преждевременных родов на сроке < 28 недель и < 32 недель сильнее, чем одна только короткая шейка матки.