Применение алгоритма оценки диастолической функции по данным эхокардиографии 2025 года связано с улучшением стратификации риска у госпитализированных пациентов с сердечной недостаточностью

Введение: В рекомендациях Американского общества эхокардиографии и Европейской ассоциации сердечно-сосудистой визуализации по оценке диастолической функции 2016 года пациентов часто относили к категории «неопределённый результат», что приводило к непоследовательной стратификации риска. В обновлённых рекомендациях 2025 года предложен пошаговый алгоритм, призванный свести к минимуму число неопределённых результатов. Мы изучили, снижает ли новый алгоритм частоту неопределённых классификаций и улучшает ли прогностическую стратификацию по сравнению со стандартом 2016 года.

Методы: Ретроспективно оценены 156 пациентов, госпитализированных по поводу сердечной недостаточности, которым перед выпиской выполняли эхокардиографию. Диастолическую функцию оценивали по алгоритмам 2016 и 2025 годов. Первичной конечной точкой были госпитализация по поводу сердечной недостаточности или смерть от любой причины. Для оценки применимости алгоритма на более ранних стадиях сердечной недостаточности дополнительно проанализированы 300 амбулаторных пациентов, которым эхокардиографию выполняли в рамках обычного обследования.

Результаты: Алгоритм 2025 года устранил неопределённые результаты: их число снизилось с 23 до 0. Распределение по категориям изменилось следующим образом: число пациентов с нормальной диастолической функцией увеличилось с 24 до 46, с диастолической дисфункцией I степени уменьшилось с 45 до 24, II степени увеличилось с 43 до 64, а III степени — с 21 до 22. По критериям 2025 года уровни мозгового натрийуретического пептида и клинические исходы демонстрировали более выраженное последовательное увеличение от одной категории риска к другой, тогда как определение 2016 года обеспечивало менее чёткое разделение групп. За медиану наблюдения 3,7 года повторно госпитализированы по поводу сердечной недостаточности 41 пациент, умерли 27. Повышенное давление в левом предсердии, определённое по алгоритму 2025 года, независимо ассоциировалось с неблагоприятными исходами в многофакторных моделях (отношение рисков 3,56; 95% ДИ 1,64–7,73; p = 0,001). Добавление повышенного давления в левом предсердии к шкале HOSPITAL улучшило дискриминацию: c-статистика увеличилась с 0,63 до 0,73 (p = 0,003). В исследовательской амбулаторной когорте выявлена сходная физиологическая градация уровней мозгового натрийуретического пептида между степенями диастолической дисфункции, однако продольные исходы не оценивались.

Выводы: Пошаговое применение алгоритма оценки диастолической функции 2025 года перед выпиской устранило неопределённые классификации, улучшило прогностическую стратификацию и повысило дискриминацию по сравнению с одной лишь клинической шкалой риска у госпитализированных пациентов с сердечной недостаточностью. Результаты амбулаторной когорты указывают на потенциальную применимость алгоритма на более ранних стадиях сердечной недостаточности, однако необходима проспективная валидация во всём спектре этого заболевания.