Прогнозирование поверхностного перитонеального эндометриоза у женщин с симптомами при отрицательных данных осмотра и визуализации

Цель: разработать прогностическую шкалу риска поверхностного перитонеального эндометриоза (ППЭ) у пациенток с отрицательными данными осмотра и визуализации на основе симптомов и показателей качества жизни. Дизайн: многоцентровое вложенное исследование случай — контроль, проведённое с сентября 2022 по январь 2024 года в 18 сертифицированных центрах эндометриоза в Австрии, Германии и Швейцарии. Женщины, которым впервые выполняли операцию по поводу подозрения на эндометриоз, проходили хирургическую верификацию с документированием находок по классификации #ENZIAN. В этот анализ включали только пациенток с изолированным перитонеальным эндометриозом или без эндометриоза. Участницы заполняли стандартизированные предоперационные опросники, оценивавшие характер боли, длительность симптомов, приём анальгетиков, половую функцию (FSFI) и связанную со здоровьем качество жизни (EHP-30). Выполняли множественную иммутацию, логистическую регрессию и анализ ROC-кривых.

Пациенты: из 845 женщин общей когорты исследования 229 соответствовали критериям включения, заполнили все опросники и имели полные хирургические данные: у 121 (53%) был только ППЭ, у 108 (47%) эндометриоза не было. Проанализирована валидационная когорта из 268 участниц: у 206 (77%) был ППЭ, у 62 (23%) эндометриоза не было.

Воздействие: показатели, связанные с болью, внутренне валидированные методом бутстрепа и внешне валидированные в независимой когорте.

Основной критерий оценки: хирургически диагностированный перитонеальный эндометриоз. Результаты: тяжёлая дисменорея (отношение шансов 2,01; 95% ДИ 1,14–3,53) и длительность боли более 3 лет (отношение шансов 2,40; 95% ДИ 1,40–4,11) были значимо связаны с ППЭ. Диспареуния, дизурия, дисхезия, боль только во время менструации, приём анальгетиков, семейный анамнез, показатели качества жизни и половой функции связи не показали. Прогностическая шкала из пяти пунктов (максимум 6 баллов) продемонстрировала умеренную дискриминационную способность в обучающей когорте (AUC 0,64; 95% ДИ 0,57–0,72) и сходные результаты при внутренней валидации (AUC 0,64; 95% ДИ 0,57–0,71). При внешней валидации прогностическая ценность отсутствовала (AUC 0,49; 95% ДИ 0,41–0,58).

Вывод: хотя тяжёлая дисменорея и длительное сохранение симптомов были связаны с ППЭ, профиль симптомов и функциональные опросники оказались недостаточны для точного прогнозирования. Расчётная шкала показала лишь скромные результаты при внутренней валидации и не прошла внешнюю валидацию. Поскольку типичные для эндометриоза симптомы встречаются и при других причинах тазовой боли, модели, основанные только на симптомах, недостаточны для надёжного выявления ППЭ. Для повышения точности неинвазивной диагностики, вероятно, потребуется сочетание клинических факторов с биомаркерами или новыми диагностическими технологиями. При принятии решения о лапароскопии по сравнению с консервативной медикаментозной терапией клиницистам и пациенткам следует учитывать высокую частоту отрицательных хирургических находок.