Ответившие и не ответившие на лечение: как предсказать ответ на терапию агонистами рецепторов ГПП-1 или двойными агонистами рецепторов ГПП-1/ГИП

Введение: Агонисты рецепторов глюкагоноподобного пептида-1 (ГПП-1) и двойные агонисты рецепторов ГПП-1/ГИП существенно изменили фармакотерапию сахарного диабета 2 типа (СД2) и ожирения, однако выраженная межиндивидуальная вариабельность ответа на лечение остается одной из ключевых клинических проблем.

Методы: Нарративный обзор. Поиск в PubMed проводили по 25 мая 2026 г. включительно; анализировали англоязычные исследования с участием людей, опубликованные в 2005–2026 гг., посвященные биологическим, генетическим, метаболическим, гормональным, поведенческим и психосоциальным предикторам различий в ответе на лечение. Данные систематизировали в соответствии с тремя клинически различными ситуациями: контроль гликемии при СД2; снижение массы тела у людей с избыточной массой тела или ожирением без СД2; двойной метаболический эффект у пациентов с обоими состояниями.

Результаты: Неоднородность ответа наиболее выражена при ожирении без диабета: отсутствие ответа, обычно определяемое как снижение общей массы тела менее чем на 5%, отмечается примерно у 10% участников контролируемых исследований, тогда как данные когорт реальной клинической практики указывают на более высокую частоту этого явления. Отсутствие гликемического ответа при СД2 встречается реже, но имеет клиническое значение. Во всех трех клинических ситуациях ранний ответ на лечение представляет собой наиболее доступный для практического применения предиктор из имеющихся в настоящее время. В недавнем крупном исследовании полногеномных ассоциаций были выявлены связи между вариантами гена-мишени препарата GLP1R и эффективностью снижения массы тела, а также переносимостью со стороны желудочно-кишечного тракта; кроме того, обнаружена связь между специфичными для препарата вариантами GIPR и тошнотой и рвотой при применении тирзепатида. Эти результаты, основанные на самоотчетах участников и данных одной когорты, пока не подтверждены в других исследованиях и имеют гипотезообразующее, а не практическое значение; использовать их для генотипирования отдельных пациентов преждевременно. Метаболические, микробиомные и нейроэндокринные предикторы находятся на сопоставимо ранней стадии изучения.

Выводы: Ни одна исходная характеристика не позволяет надежно предсказать ответ на лечение. В настоящее время наиболее обоснованным подходом к индивидуализации терапии является структурированная оценка раннего ответа на лечение; генетические, метаболические и микробиомные маркеры требуют подтверждения в проспективных исследованиях, прежде чем их можно будет применять в клинической практике.