Подготовка к разработке вакцин следующего поколения: особенности прорывной инвазивной пневмококковой инфекции после вакцинации PCV13 и PPSV23 в Австралии

Введение: Пневмококковые конъюгированные вакцины (PCV) и полисахаридные вакцины (PPSV) снизили заболеваемость инвазивной пневмококковой инфекцией (ИПИ) в Австралии. Мы оценили случаи прорывной ИПИ после вакцинации PCV13 и PPSV23 в 2009–2023 годах, чтобы определить направления разработки вакцин следующего поколения.

Методы: Мы проанализировали лабораторно подтверждённые случаи ИПИ из Национальной системы эпидемиологического надзора за заболеваниями, подлежащими обязательной регистрации. Среди вакцинированных пациентов с ИПИ, получивших минимальное число доз, предусмотренное для их возраста, оценивали долю случаев, вызванных серотипами, входящими в состав вакцины; такие инфекции определяли как прорывную ИПИ. Временные тенденции оценивали с помощью логистической регрессии, различия между подгруппами — с помощью критерия χ² или точного критерия Фишера. Для классификации случаев ИПИ, вызванных серотипами PPSV23, использовали модели случайного леса и градиентного бустинга с пятикратной перекрёстной проверкой.

Результаты: Среди 25 643 случаев ИПИ ежегодное число зарегистрированных случаев увеличивалось, тогда как доля серотипов PCV13 снижалась. Доля серотипов PCV13 составляла 19,4% у младенцев и 37,5% в возрасте 2–14 лет; доля серотипов PPSV23 — 47,5% в возрасте 15–69 лет и 48,4% в возрасте ≥70 лет. Наибольший вклад вносил серотип 3. Во всех возрастных группах доля случаев, вызванных вакцинными серотипами, была ниже у вакцинированных, чем у невакцинированных или частично вакцинированных пациентов. Наибольшей эта доля была при пневмонии и в Северной территории; остаточное бремя заболевания было наиболее высоким среди пожилых людей и коренных жителей Австралии. Точность моделей машинного обучения для классификации ИПИ, вызванной серотипами PPSV23, составляла около 92%. Наиболее важными предикторами были связанные с вакцинацией переменные, клиническая форма заболевания и год инфицирования; при исключении этих переменных площадь под кривой (AUC) снижалась с 0,97–0,98 до 0,69.

Выводы: Доля серотипов PCV13 со временем снижалась, наиболее заметно у младенцев, тогда как доля серотипов PPSV23 оставалась высокой среди пожилых людей и коренных жителей Австралии, несмотря на более высокий зарегистрированный уровень вакцинации. Серотип 3, входящий во все современные конъюгированные вакцины, чаще всего обусловливал прорывную ИПИ после обеих вакцин. В описательных сравнениях, ограниченных малым числом пациентов в подгруппах, ни дополнительные дозы, ни последовательная вакцинация не были связаны со снижением доли случаев, вызванных вакцинными серотипами.