Глобальная, региональная и национальная сравнительная оценка 84 поведенческих, экологических и профессиональных, а также метаболических факторов риска или их групп в 195 странах и территориях, 1990–2017 гг.: систематический анализ для исследования «Глобальное бремя болезней, травм и факторов риска» 2017 года

Введение: Сравнительная оценка рисков в рамках исследования «Глобальное бремя болезней, травм и факторов риска» (GBD) 2017 года представляет собой комплексный подход к количественной оценке факторов риска и позволяет систематизировать доказательства о рисках и связях между рисками и исходами для здоровья. В каждом ежегодном исследовании GBD мы обновляем методику сравнительной оценки рисков, включая усовершенствованные методы, новые риски и пары «риск—исход», а также новые данные об уровнях воздействия рисков и связях между рисками и исходами.

Методы: Мы использовали схему сравнительной оценки рисков, разработанную для предыдущих этапов исследования GBD, чтобы оценить уровни и динамику воздействия, смертность и годы жизни, скорректированные по нетрудоспособности (DALYs), обусловленные воздействием факторов риска, с разбивкой по возрасту, полу, годам и территориям. Анализ охватывал 84 поведенческих, экологических и профессиональных, а также метаболических фактора риска или их группы в период с 1990 по 2017 год. В исследование включили 476 пар «риск—исход», соответствовавших критериям GBD для убедительных или вероятных доказательств причинной связи. Мы извлекли оценки относительного риска и воздействия из 46 749 рандомизированных контролируемых исследований, когортных исследований, обследований домохозяйств, данных переписей населения, спутниковых данных и других источников. Для объединения данных, коррекции систематической ошибки и включения ковариат использовали статистические модели. На основании контрфактического сценария теоретически минимального уровня воздействия риска (TMREL) мы оценили долю смертей и DALYs, которую можно было бы связать с определённым фактором риска. Мы изучили связь между уровнем развития и воздействием рисков, моделируя взаимосвязь между социально-демографическим индексом (SDI) и распространённостью воздействия с учётом вклада риска, а также оценили ожидаемые уровни воздействия и бремя, обусловленное рисками, при разных значениях SDI. Наконец, мы изучили временные изменения DALYs, обусловленных рисками, разложив их на шесть основных компонентов: (1) рост численности населения; (2) изменения возрастной структуры населения; (3) изменения воздействия экологических и профессиональных факторов риска; (4) изменения воздействия поведенческих факторов риска; (5) изменения воздействия метаболических факторов риска; (6) изменения, обусловленные всеми остальными факторами, приблизительно представленными показателями смертности и DALYs после исключения рисков. Показатель после исключения риска — это показатель, который наблюдался бы при снижении уровней воздействия всех факторов риска, включённых в GBD 2017, до TMREL.

Результаты: В 2017 году воздействием факторов риска, включённых в GBD, были обусловлены 34,1 млн смертей (95% интервал неопределённости [ИI] 33,3–35,0) и 1,21 млрд DALYs (1,14–1,28). В глобальном масштабе факторы риска, включённые в GBD 2017, обусловили 61,0% (59,6–62,4) смертей и 48,3% (46,3–50,2) DALYs. При ранжировании по числу DALYs, обусловленных риском, лидировало высокое систолическое артериальное давление: 10,4 млн смертей (9,39–11,5) и 218 млн DALYs (198–237). Далее следовали курение — 7,10 млн смертей (6,83–7,37) и 182 млн DALYs (173–193); высокий уровень глюкозы в плазме крови натощак — 6,53 млн смертей (5,23–8,23) и 171 млн DALYs (144–201); высокий индекс массы тела — 4,72 млн смертей (2,99–6,70) и 148 млн DALYs (98,6–202); короткая продолжительность гестации с учётом массы тела при рождении — 1,43 млн смертей (1,36–1,51) и 139 млн DALYs (131–147). В целом число DALYs, обусловленных рисками, в период с 2007 по 2017 год снизилось на 4,9% (3,3–6,5). При отсутствии демографических изменений — роста численности населения и его старения — изменения воздействия рисков и показателей после исключения рисков привели бы к снижению числа DALYs на 23,5% за этот период. Напротив, при неизменных уровнях воздействия рисков и показателях после исключения рисков демографические изменения привели бы к увеличению числа DALYs на 18,6%. В период с 1990 по 2017 год во всём мире увеличились отношения фактических уровней воздействия к уровням, ожидаемым с учётом SDI (отношения O/E), для небезопасной питьевой воды и загрязнения воздуха в жилых помещениях. Это указывает на то, что развитие происходит быстрее, чем меняется базовая структура рисков в популяции. Напротив, почти повсеместное снижение отношений O/E для курения и употребления алкоголя свидетельствует о том, что при одинаковом уровне SDI воздействие этих рисков уменьшается. В 2017 году ведущим фактором риска 4-го уровня по стандартизованным по возрасту показателям DALYs было высокое систолическое артериальное давление в четырёх суперрегионах: Центральной Европе, Восточной Европе и Центральной Азии; Северной Африке и на Ближнем Востоке; Южной Азии; Юго-Восточной и Восточной Азии и Океании. В суперрегионе с высоким уровнем дохода ведущим фактором риска было курение, в Латинской Америке и Карибском бассейне — высокий индекс массы тела, в странах Африки к югу от Сахары — небезопасный секс. В странах Африки к югу от Сахары отношения O/E для небезопасного секса были заметно высокими, а в Северной Африке и на Ближнем Востоке отношения O/E для употребления алкоголя — заметно низкими.

Выводы: Количественная оценка уровней и динамики воздействия факторов риска и обусловленного ими бремени болезней позволяет понять, какие меры политики и программы в прошлом могли быть успешными, и определить текущие приоритеты общественного здравоохранения. Снижение поведенческих, экологических и профессиональных рисков в значительной степени компенсировало влияние роста численности населения и его старения на динамику абсолютного бремени болезней. Вместе с тем сочетание увеличения метаболических рисков и старения населения, вероятно, продолжит определять рост бремени неинфекционных заболеваний в глобальном масштабе, создавая одновременно проблему и возможность для общественного здравоохранения. Уровни воздействия рисков и обусловленного ими бремени значительно различались в пространстве и времени. Хотя часть этих различий объясняется уровнем развития, отношения O/E позволяют выявить риски, по которым страны демонстрируют результаты лучше или хуже ожидаемых с учётом их уровня развития. Поэтому эти отношения могут служить инструментом сравнительной оценки и помогать сосредоточить внимание на принятии решений на местном уровне. Полученные результаты подтверждают важность мониторинга воздействия рисков и эпидемиологических исследований причинных связей между рисками и исходами для здоровья, а также демонстрируют ценность исследования GBD для объединения данных и формирования всеобъемлющих и надёжных выводов, способствующих разработке эффективной политики и стратегическому планированию в здравоохранении.

Финансирование: Фонд Билла и Мелинды Гейтс.