Изменения функции щитовидной железы у беременных женщин с раком щитовидной железы и их связь с неблагоприятными исходами для плода: параллельное контролируемое исследование

Введение: Влияние заместительной терапии тиреоидными гормонами или супрессивной терапии у женщин с раком щитовидной железы на функцию щитовидной железы во время беременности и последующие неблагоприятные исходы для плода до сих пор в значительной степени неизвестно. Целью исследования было сравнить функцию щитовидной железы на 8-й неделе гестации и ее изменения в течение беременности у пациенток с раком щитовидной железы и в контрольной группе, а также оценить связь этих различий с неблагоприятными исходами для плода.

Методы: Выполнено ретроспективное когортное параллельное контролируемое исследование. Из 46 610 женщин с одноплодной беременностью, проходивших пренатальное обследование в специализированной больнице второго уровня в период с января 2019 по март 2024 года, были отобраны 140 пациенток с раком щитовидной железы в анамнезе и 280 контролей, сопоставленных по сроку родоразрешения. Первичными исходами были врожденные пороки развития, малый для гестационного возраста плод (SGA, масса тела при рождении ниже 10-го перцентиля для данного гестационного срока), преждевременные роды (до 37 недель) и асфиксия новорожденного (определялась как оценка по шкале Апгар через 1 минуту менее 7). Оценка по шкале Апгар через 1 и 5 минут и показатели газового состава артериальной крови из пуповины служили суррогатными маркерами асфиксии новорожденного.

Результаты: По сравнению с контрольной группой у пациенток с раком щитовидной железы в анамнезе уровень свободного Т3 был ниже, тогда как уровень свободного Т4 был выше. Изменение свободного Т3 между 8-й и 16-й неделями гестации у них было значительно меньше, чем в контроле (-0,08 против -0,30; P < 0,005). У пациенток с раком щитовидной железы не было значимой связи с риском SGA/преждевременных родов (скорректированное ОР 2,06; 95% ДИ 0,68–6,23; P = 0,20), отмечалась лишь несколько повышенная вероятность асфиксии плода (Peto ОР 6,49; 95% ДИ 0,81–52,0; P = 0,078) и более низкая оценка по шкале Апгар через 1 минуту (β = -0,10; 95% ДИ -0,16 до -0,03; P = 0,004). Изменение свободного Т3 между 8-й и 16-й неделями было связано с SGA/преждевременными родами (скорректированное ОР 4,42; 95% ДИ 1,32–14,84; P = 0,016). Уровень свободного Т3 на 8-й неделе гестации и его изменения между 16-й и 32-й неделями отрицательно коррелировали с показателем газового состава артериальной крови из пуповины; β для обоих составило -0,02 (P = 0,015 и 0,019 соответственно).

Выводы: В исследовании выявлены различия уровней свободного Т3 и свободного Т4, а также их изменений во время беременности между пациентками с раком щитовидной железы и контролем. Эти различия, особенно динамика свободного Т3 во время беременности, могут указывать на возможную биологическую связь, однако для подтверждения причинно-следственной зависимости нужны дополнительные исследования.