Полная остановка развития эмбрионов и её прогностическое значение при ЭКО

Цель: Определить частоту повторной остановки развития эмбрионов в последующем цикле ЭКО у пациенток с полной остановкой развития эмбрионов в исходном цикле.

Дизайн: Ретроспективное когортное исследование с сопоставлением групп по показателю склонности в соотношении 1:2.

Пациенты: Все пациентки, которым в период с января 2017 года по апрель 2025 года в течение одного года провели два последовательных цикла стимуляции яичников для ЭКО, в результате которых получили не менее двух эмбрионов с двумя пронуклеусами.

Фактор воздействия: Пациенток распределили по эмбриологическим результатам исходного цикла: (1) группа полной остановки развития эмбрионов (частота формирования бластоцист 0%) и (2) группа сравнения (одна или более криоконсервированных бластоцист).

Основные оцениваемые показатели: Основным показателем была частота формирования бластоцист в последующем цикле ЭКО. К вторичным показателям относили общее число извлечённых ооцитов, зрелых ооцитов, оплодотворённых ооцитов и бластоцист, а также частоту эуплоидии. Для проверки связи полной остановки развития эмбрионов с результатами бластообразования в сопоставленной выборке применяли двойную робастную оценку и многомерные модели лог-биномиальной регрессии.

Результаты: До сопоставления были выявлены 501 пациентка в группе полной остановки развития эмбрионов и 3412 пациенток в группе сравнения. Пациентки в группе полной остановки развития эмбрионов были значимо старше (p<0,001) и имели меньше зрелых ооцитов (p<0,001). После сопоставления эти факторы были сбалансированы. В многомерном анализе после сопоставления (444 пациентки с полной остановкой развития эмбрионов и 815 без неё) анамнез полной остановки развития эмбрионов оставался значимо и независимо связан с более низкой частотой оплодотворения (76,6%±24,6 против 81,5%±21,1; скорректированное отношение рисков 0,94; 95% ДИ 0,92–0,97; p<0,001), более низкой частотой формирования бластоцист (33,1%±30,1 против 47,0%±31,3; скорректированное отношение рисков 0,75; 95% ДИ 0,70–0,80; p<0,001) и более высоким риском отсутствия бластообразования (33,6% против 17,9%; скорректированное отношение рисков 1,82; 95% ДИ 1,44–2,3; p<0,001). Частота эуплоидии среди криоконсервированных бластоцист не зависела от наличия остановки развития эмбрионов в анамнезе (45,5%±40,8 против 46,7%±39,1; скорректированное отношение рисков 0,97; 95% ДИ 0,81–1,15; p=0,209). У пациенток с полной остановкой развития эмбрионов в предыдущем цикле изменение протокола стимуляции или типа триггера в последующем цикле не приводило к значимому увеличению частоты формирования бластоцист или снижению риска отсутствия бластообразования по сравнению с сохранением прежних протокола и типа триггера в обоих циклах.

Выводы: Полная остановка развития эмбрионов в анамнезе была значимым предиктором худших результатов в последующем цикле, а изменение протокола лечения не было связано с улучшением исходов.