Психиатрическая безопасность агонистов рецепторов ГПП-1 и двойных агонистов рецепторов ГИП/ГПП-1 у подростков с ожирением

Введение: Агонисты рецепторов глюкагоноподобного пептида-1 (ГПП-1) и двойные агонисты рецепторов ГИП/ГПП-1 всё чаще применяют для лечения ожирения у подростков, однако сохраняются опасения по поводу психиатрических нежелательных явлений, особенно суицидальности.

Методы: В этом ретроспективном когортном исследовании использовали обезличенные электронные медицинские записи из глобальной совместной сети TriNetX. В исследование включали подростков с избыточной массой тела или ожирением. Новых пользователей семаглутида, лираглутида или тирзепатида сравнивали с подростками, получавшими рекомендации по изменению образа жизни. Для выравнивания когорт применяли сопоставление по шкале склонности. Первичной конечной точкой были события, связанные с суицидом (суицидальные мысли или попытка самоубийства). Вторичными конечными точками были суицидальные мысли, попытка самоубийства, тревога, бессонница, депрессия и расстройства пищевого поведения; оценку проводили через 30–1095 дней после индексной даты.

Результаты: После сопоставления по шкале склонности в каждую группу вошли по 9222 подростка. Терапия на основе инкретинов была связана с более низким риском событий, связанных с суицидом (отношение рисков [ОР] 0,74; 95% ДИ 0,57–0,95), суицидальных мыслей (ОР 0,73; 95% ДИ 0,56–0,96) и тревоги (ОР 0,92; 95% ДИ 0,84–0,99) по сравнению с вмешательствами, направленными на изменение образа жизни. Статистически значимых различий по риску попытки самоубийства, бессонницы, депрессии или расстройств пищевого поведения не выявлено. Снижение риска было статистически значимым среди девочек (ОР 0,61; 95% ДИ 0,46–0,82) и подростков без сахарного диабета 2 типа (ОР 0,63; 95% ДИ 0,47–0,85), но не среди мальчиков и подростков с сахарным диабетом 2 типа. Результаты анализа чувствительности подтвердили основные выводы.

Выводы: У подростков с ожирением терапия на основе инкретинов не была связана с повышенным психиатрическим риском и по сравнению с вмешательствами, направленными на изменение образа жизни, ассоциировалась с более низким риском событий, связанных с суицидом, суицидальных мыслей и тревоги. Несмотря на снижение риска по сравнению с изменением образа жизни, этот результат следует интерпретировать с осторожностью из-за возможного смещения отбора и отсутствия статистически значимых различий в анализе с активным препаратом сравнения — метформином.