Риск депрессии и тревожных расстройств у детей с расстройством интеллектуального развития

Значимость: Популяционные данные о частоте новых случаев депрессии и тревожных расстройств у детей с расстройством интеллектуального развития, особенно в азиатских популяциях, ограниченны.

Цель: Изучить связь между расстройством интеллектуального развития и частотой новых случаев депрессии и тревожных расстройств, а также оценить факторы, модифицирующие эту связь.

Методы: В ретроспективное когортное исследование включили связанные данные Национальной службы медицинского страхования Южной Кореи и Национального реестра инвалидности за 2004–2020 годы. Детей в возрасте от 2 до 17 лет с впервые зарегистрированным расстройством интеллектуального развития сопоставили в соотношении 1:3 по полу и году рождения с детьми без нарушений развития. Наблюдение продолжалось до 2023 года. Данные анализировали с 20 апреля по 9 июля 2025 года.

Воздействие: Расстройство интеллектуального развития у детей и подростков.

Основные оцениваемые исходы: Первичными исходами были новые случаи депрессии и тревожных расстройств, определённые по кодам Международной статистической классификации болезней 10-го пересмотра. Отношения рисков (ОР) и 95% доверительные интервалы (ДИ) для развития депрессии или тревожных расстройств оценивали с помощью многофакторных моделей пропорциональных рисков Кокса.

Результаты: В исследование включили 236 132 ребёнка (средний возраст [стандартное отклонение] — 9,3 [4,3] года; 64,2% мальчиков), из них у 59 033 (25,0%) было расстройство интеллектуального развития. Среди детей с этим расстройством у 20,1% диагностировали депрессию, а у 21,9% — тревожное расстройство не ранее чем через год после исходного обследования. По сравнению с детьми без нарушений развития у детей с расстройством интеллектуального развития был выше риск депрессии (ОР 2,18; 95% ДИ 2,13–2,24) и тревожных расстройств (ОР 1,85; 95% ДИ 1,80–1,89) после поправки на пол, возраст, уровень дохода, место проживания и коморбидность. По сравнению с детьми без нарушений развития риск депрессии и тревожных расстройств соответственно был выше у мальчиков (скорректированное ОР 2,46; 95% ДИ 2,39–2,54 и 2,06; 95% ДИ 2,00–2,12), детей младшего возраста (2–5 лет: 2,83; 95% ДИ 2,66–3,01 и 2,41; 95% ДИ 2,27–2,55; 6–8 лет: 2,51; 95% ДИ 2,40–2,64 и 2,12; 95% ДИ 2,02–2,22), жителей городов (2,36; 95% ДИ 2,25–2,48 и 1,97; 95% ДИ 1,88–2,06), а также детей с невысокой коморбидной нагрузкой (индекс коморбидности Чарлсона — 1 балл; 2,32; 95% ДИ 2,22–2,43 и 1,98; 95% ДИ 1,90–2,07). При стратификации по полу, младшему возрасту и невысокой коморбидной нагрузке у детей с расстройством интеллектуального развития обоих полов стабильно выявляли более высокие риски депрессии и тревожных расстройств, чем у детей без нарушений развития (во всех случаях P < 0,001 для взаимодействия). У мальчиков с расстройством интеллектуального развития проживание в сельской местности было связано с более высоким риском депрессии (скорректированное ОР 2,71; 95% ДИ 2,56–2,86), а проживание в городе — с более высоким риском тревожных расстройств (2,15; 95% ДИ 2,04–2,28). У девочек с этим расстройством депрессия и тревожные расстройства соответственно были связаны с низким доходом (2,08; 95% ДИ 1,86–2,34 и 1,76; 95% ДИ 1,59–1,96) и проживанием в городе (2,03; 95% ДИ 1,88–2,20 и 1,73; 95% ДИ 1,62–1,86). Невысокая коморбидная нагрузка была связана с повышением риска депрессии (скорректированное ОР 1,18; 95% ДИ 1,07–1,31) и тревожных расстройств (1,16; 95% ДИ 1,06–1,27) у детей обоих полов. В когорте детей с расстройством интеллектуального развития женский пол, старший возраст и низкий доход были связаны с более высокими рисками обоих исходов (во всех случаях P < 0,001 для тренда).

Выводы и значимость: В этом общенациональном когортном исследовании, включавшем более 236 000 детей и подростков, у участников с расстройством интеллектуального развития риск депрессии и тревожных расстройств был выше, чем у лиц без нарушений развития; особенно это относилось к мальчикам, детям младшего возраста и детям с невысокой коморбидной нагрузкой. Полученные результаты указывают на необходимость целевого скрининга и вмешательств с учётом социально-демографических характеристик и коморбидности.