Влияние ановуляторного цикла зачатия на пульсационный индекс маточных артерий в I триместре и риск преэклампсии

Цель: Оценить, различается ли связь между пульсационным индексом маточных артерий и риском преэклампсии в зависимости от наличия овуляции в цикле зачатия.

Дизайн: Одноцентровое ретроспективное когортное исследование.

Участницы: 3651 женщина с одноплодной беременностью, которой проводили допплерографию маточных артерий на сроке 11–14 недель в Университетской клинике Брюсселя с мая 2021 г. по декабрь 2023 г.

Воздействие: Способ зачатия: без медицинского вмешательства, после стимуляции овуляции или внутриматочной инсеминации, после переноса свежего эмбриона, после переноса размороженного эмбриона в программированном цикле или в естественном цикле.

Основные оцениваемые исходы: Связь между пульсационным индексом маточных артерий в I триместре и преэклампсией в зависимости от способа зачатия.

Результаты: Связь между пульсационным индексом маточных артерий в I триместре и риском преэклампсии различалась в зависимости от способа зачатия; различие между беременностями, наступившими без медицинского вмешательства, и беременностями после переноса размороженного эмбриона в программированном цикле было статистически значимым (оценка взаимодействия = 1,11; p = 0,04). Более высокий пульсационный индекс был связан с преэклампсией при зачатии без медицинского вмешательства (отношение шансов (ОШ); 95% доверительный интервал (ДИ): 5,31; 2,83–9,87), но не после переноса размороженного эмбриона в программированном цикле (1,75; 0,76–4,01). После переноса размороженного эмбриона в программированном цикле пульсационный индекс маточных артерий был ниже (медиана; межквартильный размах: 0,71; 0,55–0,92), чем при зачатии без медицинского вмешательства (0,94; 0,74–1,15), после стимуляции овуляции или внутриматочной инсеминации (0,89; 0,71–1,09), переноса свежего эмбриона (0,95; 0,78–1,19) и переноса размороженного эмбриона в естественном цикле (0,93; 0,70–1,11; p < 0,001). По сравнению с программированным циклом риск преэклампсии был ниже при зачатии без медицинского вмешательства и после переноса размороженного эмбриона в естественном цикле (ОШ; 95% ДИ: 0,37; 0,24–0,57 и 0,09; 0,01–0,69 соответственно). При неосложнённой беременности перцентиль массы тела при рождении был выше после переноса размороженного эмбриона в программированном цикле, чем при зачатии без медицинского вмешательства (β, стандартная ошибка: −4,8; 1,4; p < 0,001), после стимуляции овуляции или внутриматочной инсеминации (−6,1; 3,1; p = 0,04) и переноса свежего эмбриона (−12,4; 2,6; p < 0,001). При беременности, осложнённой преэклампсией, наблюдалась аналогичная, но статистически незначимая связь между массой тела при рождении и способом зачатия (p > 0,05).

Выводы: В отличие от беременностей, наступивших без медицинского вмешательства, после переноса размороженного эмбриона в программированном цикле пульсационный индекс маточных артерий в I триместре не был связан с преэклампсией. Несмотря на более низкий пульсационный индекс в I триместре, перенос размороженного эмбриона в программированном цикле был связан с более высокой частотой преэклампсии и большей массой тела новорождённых. Эти результаты указывают на различия в ранней перестройке сосудистой системы при зачатии в овуляторных и ановуляторных циклах, что важно учитывать при скрининге преэклампсии после применения вспомогательных репродуктивных технологий.