Является ли гиперандрогения защитным фактором фиброзно-кистозной болезни молочных желез при синдроме поликистозных яичников?

Цель: оценить частоту фиброзно-кистозной болезни молочных желез и ее связь с различными клиническими, эндокринными и метаболическими параметрами у основных фенотипов синдрома поликистозных яичников (СПКЯ). В исследование включили 132 последовательные пациентки. Сравнивали индекс массы тела, уровни фолликулостимулирующего гормона, лютеинизирующего гормона (ЛГ), прогестерона, эстрадиола, тестостерона, сульфата дегидроэпиандростерона, глюкозы натощак, липопротеинов низкой плотности (ЛПНП), общего холестерина, липопротеинов высокой плотности, инсулина, чувствительности к инсулину и частоту фиброзно-кистозной болезни молочных желез между различными фенотипами СПКЯ. Группа 1: поликистоз яичников (ПКЯ) — ановуляция (n = 32), группа 2: гиперандрогенемия (ГА) — ановуляция (n = 28), группа 3: ГА — ПКЯ (n = 29), группа 4: ГА — ПКЯ — ановуляция (n = 43). Между группами фенотипов выявлены статистически значимые различия по соотношению окружности талии и бедер (p = 0,006), уровню ЛПНП (p = 0,008), ЛГ (p = 0,002), эстрадиола (p = 0,022), глюкозы натощак (p = 0,001), прогестерона (p = 0,007), свободного тестостерона (p < 0,001) и по шкале Ферримана — Голлвея (p < 0,001). Частота фиброзно-кистозной болезни молочных желез также значимо различалась между фенотипическими группами (p = 0,016). Уровень свободного тестостерона выше 3 пг/дл оказывал защитное действие в отношении фиброзно-кистозной болезни (RR = 0,316; 95% ДИ 0,109–0,912; p = 0,033). Более высокие значения шкалы Ферримана — Голлвея также были связаны с большей защитой от фиброзно-кистозной болезни (RR = 0,005; 95% ДИ 0,001–0,042; p < 0,001). У пациенток с овуляторным фенотипом СПКЯ, ПКЯ и гиперандрогенией риск развития фиброзно-кистозной болезни был ниже, тогда как более высокая частота наблюдалась в группе с ановуляторным нормоандрогенным СПКЯ. Гиперандрогения защищает от фиброзно-кистозных заболеваний молочных желез при СПКЯ.