Женский пол ассоциирован с синдромом длительного COVID: проспективное когортное исследование

Цель: оценить связь между женским полом и синдромом длительного COVID, определяемым как сохранение физических и/или психических симптомов более 4 недель после выздоровления от острого COVID-19. Вторичной целью было выявление предикторов синдрома длительного COVID с помощью многомерного логистического регрессионного анализа.

Методы: одноцентровое проспективное когортное исследование проведено в больнице Сан-Паоло в Милане, Италия. В исследование включали взрослых пациентов, наблюдавшихся в постковидном амбулаторном отделении нашего инфекционного отделения в период с 15 апреля 2020 г. по 15 декабря 2020 г. Участниками были лица, клинически выздоровевшие от COVID-19 и достигшие вирусологической элиминации. Предшествующая инфекция SARS-CoV-2 была микробиологически подтверждена положительным результатом теста амплификации нуклеиновых кислот методом обратной транскрипции и полимеразной цепной реакции (ОТ-ПЦР) из мазка из носоглотки. Всем включённым пациентам при наблюдении выполняли анализы крови и комплексное медицинское обследование. Участников опрашивали о разрешившихся и сохраняющихся симптомах и предлагали заполнить два опросника для оценки баллов по шкале тревоги и депрессии в больнице (HADS) и по пересмотренной шкале влияния события (IES-R).

Результаты: в исследование включили 377 пациентов. Медиана времени от начала симптомов до вирусологической элиминации составила 44 (37–53) дня. Синдром длительного COVID диагностирован у 260 из 377 (69%) пациентов. Наиболее частыми симптомами были усталость (149/377, 39,5%), одышка при физической нагрузке (109/377, 28,9%), мышечно-скелетная боль (80/377, 21,2%) и «туман в голове» (76/377, 20,2%). Симптомы тревоги выявлены у 71 из 377 (18,8%) человек, симптомы депрессии — у 40 из 377 (10,6%) пациентов. Посттравматическое стрессовое расстройство (по патологическому баллу IES-R) диагностировано у трети пациентов (85/275, 31%). Женский пол независимо ассоциировался с синдромом длительного COVID при многомерном анализе (скорректированное отношение шансов 3,3 по сравнению с мужчинами, 95% ДИ 1,8–6,2, p < 0,0001). Пожилой возраст (скорректированное ОШ 1,03 на каждые 10 лет, 95% ДИ 1,01–1,05, p 0,01) и активное курение (скорректированное ОШ 0,19 для бывших курильщиков по сравнению с активными курильщиками, 95% ДИ 0,06–0,62, p 0,002) также были связаны с более высоким риском длительного COVID, тогда как связи между тяжестью заболевания и длительным COVID не выявлено (скорректированное ОШ 0,67 для CPAP/неинвазивной ИВЛ/интубации трахеи по сравнению с отсутствием кислородотерапии, 95% ДИ 0,29–1,55, p 0,85).

Выводы: факторами, связанными с более высоким риском развития синдрома длительного COVID, оказались женский пол, более старший возраст и активное курение, но не тяжесть острого заболевания. Пациентов с SARS-CoV-2-инфекцией и указанными признаками следует выявлять на раннем этапе и включать в программы наблюдения.