Деэскалация адъювантной лучевой терапии у пациентов с ВПЧ-положительным раком ротоглотки

Важность: Стандартная адъювантная терапия плоскоклеточного рака ротоглотки, ассоциированного с вирусом папилломы человека (ВПЧ-РРГ), включает лучевую терапию в дозе 60 Гр с цисплатином или без него, проводимую 30 фракциями в течение 6 недель. В рандомизированном клиническом исследовании фазы 3 деэскалация адъювантной лучевой терапии (ДАРТ) сопровождалась меньшей токсичностью и лучшими исходами, сообщаемыми пациентами; однако результаты лечения в реальной клинической практике после внедрения этого подхода неизвестны.

Цель: Сравнить характеристики и онкологические исходы у пациентов, получавших ДАРТ в рамках клинических исследований (в исследовании) и в условиях клинической практики (вне исследования), а также представить безрецидивную выживаемость (БРВ) в зависимости от категории риска.

Дизайн, условия и участники: В это ретроспективное когортное исследование включили пациентов, получавших ДАРТ в исследованиях MC1273 и MC1675 и в клинической практике после завершения исследований в многопрофильном центре третичного уровня. В анализ вошли пациенты с операбельным ВПЧ-РРГ, перенесшие резекцию с отрицательными краями между 20 августа 2013 года и 21 марта 2023 года и получавшие ДАРТ. Исключали пациентов с предшествующим раком головы и шеи, pT0- или pT4-заболеванием, неизвестным статусом ВПЧ, метастатическим процессом при обращении, синхронными первичными опухолями, индукционной химиотерапией или лечением в стороннем учреждении. Данные анализировали с 1 июля 2024 года по 18 июля 2025 года.

Вмешательства: ДАРТ, включавшая 30–36 Гр по 1,5–1,8 Гр дважды в день с доцетакселом 15 мг/м2 в 1-й и 8-й дни.

Основные исходы и методы измерения: Безрецидивная выживаемость по данным анализа Каплана — Мейера.

Результаты: В анализ включили 282 пациента: 176 (62,4%) в группе лечения в исследовании и 106 (37,6%) в группе лечения вне исследования (252 [89,4%] мужчины; средний [SD] возраст 59,1 [9,3] года). В обеих группах преобладали мужчины (157 [89,2%] и 95 [89,6%] соответственно) и пациенты, никогда не курившие (118 [67,0%] и 62 [58,5%]). Морфологические характеристики были сопоставимы между группами, за исключением стадии поражения лимфоузлов (pN1: 155 [88,1%] в группе лечения в исследовании против 102 [96,2%] вне исследования; pN2: 21 [11,9%] против 4 [3,8%]; P = 0,02). Медиана наблюдения составила 5,2 года (95% ДИ, 5,2–5,8 года) в группе лечения в исследовании и 2,2 года (95% ДИ, 1,9–2,4 года) в группе лечения вне исследования. Двухлетняя БРВ была сходной: 93% (95% ДИ, 88%–97%) в группе лечения в исследовании и 93% (95% ДИ, 88%–99%) вне исследования. У пациентов с pN1 и отсутствием экстракапсулярного распространения (ЭКР) 2- и 5-летняя БРВ составила 97% (95% ДИ, 93%–100%) и 96% (95% ДИ, 92%–100%) соответственно. У пациентов с pN1 и ЭКР 2- и 5-летняя БРВ составила 93% (95% ДИ, 89%–98%) и 87% (95% ДИ, 81%–94%) соответственно.

Выводы и значимость: В этом ретроспективном когортном исследовании у пациентов, получавших ДАРТ в рамках исследований и в клинической практике, онкологические исходы были сопоставимы в обеих группах. Вне исследования ДАРТ реже назначали пациентам с pN2, что связано с промежуточными результатами MC1675. У пациентов с pN1 без ЭКР, получавших ДАРТ, были отличные 2- и 5-летние показатели БРВ, что поддерживает ДАРТ как перспективный вариант лечения у тщательно отобранных пациентов. Идущие в настоящее время дополнительные исследования оценят лечение пациентов с pN1 и ЭКР с учетом стратификации риска по биомаркерам.