Что в имени? От синдрома поликистозных яичников к полиэндокринному метаболическому овариальному синдрому: метаболический пересмотр, перспективы, противоречия и предстоящие трудности

В медицине номенклатура определяет диагностическое мышление, клинические маршруты, приоритеты исследований и понимание пациентами своего заболевания. Синдром поликистозных яичников (СПКЯ), самое распространённое эндокринное расстройство у женщин репродуктивного возраста, которое встречается у одной из восьми женщин и более чем у 170 млн человек во всём мире, долгое время носил название, акцентирующее морфологию яичников и подразумевающее патологические кисты. Такая формулировка сузила клиническое внимание, способствовала задержке диагноза у 70% пациентов и затушевала более широкие эндокринные, метаболические, психологические и кардиометаболические проявления синдрома. Недавний глобальный процесс консенсуса, инициированный Global Name Change Consortium и объединивший 56 организаций, пациентов, врачей и исследователей, переименовал это состояние в полиэндокринный метаболический овариальный синдром (PMOS). Новая терминология отражает взаимосвязанные нарушения продукции андрогенов, передачи сигнала инсулина, нейроэндокринной регуляции и функции яичников, при этом подчёркивая метаболические признаки: инсулинорезистентность, нарушения гликемии, дислипидемию, сердечно-сосудистый риск и стеатотическую болезнь печени, ассоциированную с метаболической дисфункцией. В этой редакционной статье рассматриваются историческая эволюция диагностических критериев от критериев NIH 1990 года через роттердамский консенсус 2003 года до международного основанного на доказательствах руководства 2023 года, анализируется структурированный процесс переименования и проводятся параллели с переходом от неалкогольной жировой болезни печени (NAFLD) к стеатотической болезни печени, ассоциированной с метаболической дисфункцией (MASLD). Обсуждаются противоречия вокруг нового названия, трудности внедрения и инфраструктура, необходимая для того, чтобы PMOS улучшил точность диагностики, расширил междисциплинарную помощь и снизил стигматизацию без ущерба для существующей доказательной базы.