Сравнение нирапариба с химиотерапией комбинацией препаратов платины и таксана в качестве неоадъювантного лечения пациенток с впервые диагностированным распространённым раком яичников III/IV стадии и дефицитом гомологичной рекомбинации: результаты когорты C исследования OPAL фазы 2

Введение: Несмотря на совершенствование лечения распространённого рака яичников, прогноз у пациенток с остаточной опухолью после циторедуктивной операции остаётся неблагоприятным. Представлены результаты когорты C исследования OPAL фазы 1b/2, посвящённого применению ингибитора поли(АДФ-рибозо)полимеразы (PARP) в неоадъювантном режиме при распространённом раке яичников.

Методы: В исследование включали взрослых пациенток с впервые диагностированным распространённым раком яичников III/IV стадии, характеризовавшимся дефицитом гомологичной рекомбинации (HRd), и измеряемыми очагами согласно Критериям оценки ответа при солидных опухолях (RECIST) версии 1.1. Пациенток рандомизировали в соотношении 1:1 для получения неоадъювантной химиотерапии комбинацией препаратов платины и таксана либо нирапариба. В период предварительного скрининга пациентки получили 1 вводный цикл карбоплатина и паклитаксела. После неоадъювантной терапии пациенткам с неподтверждённым полным или частичным ответом (CR/PR) либо стабильным заболеванием по RECIST могла быть выполнена интервальная циторедуктивная операция, после которой проводили адъювантную химиотерапию на основе препаратов платины и таксана. После адъювантной терапии пациентки без прогрессирования получали поддерживающее лечение на основе нирапариба. Первичной конечной точкой была оценённая исследователем до интервальной циторедуктивной операции неподтверждённая частота общего ответа (ЧОО) по RECIST. Вторичной конечной точкой, среди прочих, была безопасность.

Результаты: Из 36 рандомизированных пациенток 19 получили нирапариб, 17 — химиотерапию комбинацией препаратов платины и таксана. Исходные демографические характеристики и клинические показатели в группах были сходными. В целом до интервальной циторедуктивной операции неподтверждённая ЧОО составила 31,6% (CR/PR — 0/31,6%) в группе нирапариба и 70,6% (CR/PR — 0/70,6%) в группе химиотерапии комбинацией препаратов платины и таксана. Различие ЧОО (80% доверительный интервал) составило −39,0% (от −56,8% до −17,7%) в пользу химиотерапии комбинацией препаратов платины и таксана. Исследование было досрочно прекращено в связи с бесперспективностью. Частота нежелательных явлений 3-й и более степени в неоадъювантный период составила 42% и 59% в группах нирапариба и химиотерапии комбинацией препаратов платины и таксана соответственно. Летальных серьёзных нежелательных явлений не зарегистрировано.

Выводы: У пациенток с впервые диагностированным распространённым раком яичников и дефицитом гомологичной рекомбинации неоадъювантный нирапариб не повышал ЧОО по сравнению со стандартной химиотерапией на основе препаратов платины, поэтому исследование было прекращено. Профиль безопасности соответствовал данным предыдущих исследований ингибиторов PARP.