Перенос эмбриона с учетом рецептивности эндометрия: систематический обзор и метаанализ доказательств

Цель: Оценить эффективность и безопасность персонализированного переноса эмбриона (pET) под контролем тестов рецептивности эндометрия (TERTs) по сравнению со стандартным переносом эмбриона (sET) при применении вспомогательных репродуктивных технологий.

Методы: Проведены систематический обзор и метаанализ рандомизированных контролируемых исследований (РКИ) и когортных исследований с низким или умеренным риском систематической ошибки. Поиск в базах PubMed/MEDLINE, EMBASE, CENTRAL, LILACS и CINAHL проводили без ограничений по дату ноября 2025 года. Дополнительно изучали тезисы конференций и списки литературы. Два рецензента независимо отбирали исследования, извлекали данные и оценивали риск систематической ошибки. РКИ и когортные исследования объединяли раздельно с использованием моделей случайных эффектов. Отношения шансов (OR) объединяли методом обобщённой обратной дисперсии. Заранее определённые подгруппы включали пациенток с неудачами имплантации в анамнезе и переносом эуплоидных эмбрионов.

Результаты: В обзор включили 44 исследования (4 РКИ и 40 когортных исследований). В 35 исследованиях оценивали ERA, в 6 — rsERT, ещё в 4 — другие платформы. У женщин с небольшим числом неудач имплантации в анамнезе или без них два РКИ с низким риском систематической ошибки показали, что pET с использованием ERA, вероятно, практически не влияет или вовсе не влияет на частоту живорождения по сравнению с sET (RR 0,98; 95% ДИ 0,88–1,10; 1069 женщин; умеренная уверенность в доказательствах). У женщин с рецидивирующей имплантационной недостаточностью (RIF), которым переносили непроверенные эмбрионы, девять когортных исследований с низким или умеренным риском систематической ошибки продемонстрировали вероятное повышение частоты живорождения при pET под контролем TERTs (OR 1,58; 95% ДИ 1,34–1,86; 4754 женщины; умеренная уверенность в доказательствах); направленность эффекта была сходной для ERA, rsERT и ERT. Среди пациенток с RIF, которым переносили эуплоидные эмбрионы, пять исследований дали очень неопределённые доказательства пользы (OR 1,36; 95% ДИ 0,83–2,22; 852 женщины; очень низкая уверенность в доказательствах). Результаты были неоднородными и неточными, поэтому общая уверенность в доказательствах оказалась очень низкой.

Выводы: Имеющиеся данные не поддерживают рутинное применение TERTs у пациенток без RIF. У пациенток с RIF pET под контролем TERTs, вероятно, связан с более высокой частотой живорождения при переносе непроверенных эмбрионов, однако польза при переносе эуплоидных эмбрионов остаётся неопределённой. Это может отражать небольшой биологический эффект, методологическое смещение или непоследовательное выполнение протоколов. В будущих исследованиях приоритет следует отдавать РКИ с достаточной статистической мощностью у пациенток с RIF, особенно при переносе эуплоидных эмбрионов, а также прямому сравнению платформ TERTs и оценке воспроизводимости тестов.